Немного об истории ОИ

Необычный головной убор султана Сулеймана! Имеются 3 гравюры Августино Венециано, на которых султан Сулейман изображен в фантаститечком головном уборе, так называемый шлем-корона. Этот шлем был изготовлен из золота, драгоценных камней и крупных жемчужин для султана Сулеймана в 1532 году венецианскими ювелирами. Данный предмет оценивался в 144 400 дукатов. В дневниках Марины Сануто имеется подробный отчет о самом шлеме и 4-х коронах, которые накладывались друг на друга. В описе отмечены 47 рубинов, 50 бриллиантов, 27 изумрудов и 49 крупных жемчужин. Расходы на шлем были покрыты в столице казначеем Махмудом, потому как дефтердар Искандер Челеби на тот момент уже находился в походе. Казначей Махмуд выказывал открытое недовольство такими большими тратами во время дорогостоящей военной кампании. Поскольку с наличными были проблемы, то сначала было выплачено 100 000 дукатов, а через несколько месяцев из доходов Алеппо и Триполи было отдано еще 15 000. Есть отметки, что оставшиюся сумму и часть драгоценностей было выдано из личной казны Ибрагима паши. Ибрагим паша и Альвизе Гритти были главными агентами антигабсбургской и антипапской дипломатии. И шлем-корона Сулеймана был их совместный проект. В 1529 году султан возложил на своего вассала Иоанна Запольи корону Св.Стефана. И эту церемонию организовывали Ибрагим паша и Альвизе Гритти, а с 1530 года Гритти был назначен губернатором Венгрии. В итоге Сулейман получил титул "Даритель корон монархии мира", который упоминался среди других титулов во время переписки с монархами. Венецианские ювелиры Каорлини выполняли и другие заказы, к примеру, был также изготовлен золотой трон для султана. Сам шлем, если Сулейман его и надевал, то не более одного раза. Этот шлем, как и прочие регалии, использовался для демонстрации величия султана. Эти предметы, в том числе и золотой трон, находились в палатке Сулеймана во время военного похода в 1532 году. Они демонстративно выставлялись, когда султан проводил переговоры с иностранными послами. И все это напоминало торжественную церемонию коронации императора Карла в Болонье в 1530 году. После смерти Ибрагима золотой шлем был разобран, 4 короны были расплавлены и пущены на изготовление других изделий, а сам шлем в начале 1540-х годов был подарен Фердинанду в знак подписания мира. К тому же после смерти паши султан потерял интерес к ювелирному делу и начал вести более скромный образ жизни. Купцы стали терпеть большие убытки, а количество ювелиров при султанском дворце сильно сократилось. Торжества стали проводиться менее пышные, чем подобные церемонии при жизни Ибрагима паши. А сначала 1550-х годов султан перешел на аскетичный образ жизни. Даже питаться стал более скромно, посвящая больше времени религии. А в 1551 году даже приказал уничтожить музыкальные инструменты. После чего сделал заказ на строительство своего комплекса "Сулеймание". "Suleyman the Magnificent and the representation of power in the context of Ottoman-Habsburg-Papal rivalry", Gulru Necipoglu. "I diarii di Marino Sanudo", Vol.LVI "The Papacy and the Levant, 1204-1571", Kenneth Meyer Setton, Vol.III "Urkunden und Actenstuke zur Geschite der Verhaltisse zwischen", 1533 Appendix.

Путешествие из Венеции в Константинополь, 1572-1573гг.! Добрый день, дорогие читатели! Из Венеции 14 октября 1572 года Филипп Канайе выехал со свитой французского посла в Константинополь. Они добирались из Венеции целых 46 дней, что довольно много для такого путешествия. Он много чего описывает в своих заметках, но я больше внимания уделю описанию караван-сараев. За время своего путешествия они проехали много городов и деревень, большинство из которых были очень бедными. На ночлег они останавливались в караван-сараях, так называемых гостиницах. О большинстве из них Филипп отзывается очень нелестно, описывая их очень грязными и не пригодными даже для ночевки. Эти караван-сараи строились богатыми вельможами и членами Османской династии. По большей части - это не гостиницы, а обычные конюшни. Интересно, что подобные постройки не были новшествами. Еще во времена могущества Римской империи строились не только дороги, но и различные таверны и гостиницы для путников. Конечно же в основном это были грязные места, в которых нередко промышляли разбойники. Однако, на все время следования путникам было где остановиться на ночлег и перекусить. К сожалению, по описанию Канайе караван-сараи было куда более небезопасные и непригодные для остановки места. Им даже попался один караван-сарай, который был полностью заброшен из-за чумы, но выбора тогда у них не было, и им пришлось останавливаться в таком месте. Но ближе к Константинополю некоторые караван-сараи были более ухоженные. Он описывает караван-сараи, которые были построены Хасаном пашой (сын Мехмета паши от первой жены), Мехмет Соколлу и даже караван-сарай, построенный по распоряжению Хюррем Султан. В подобных местах были те, кто следили за порядком и чистотой. Удивительно, но там также предлагали путникам в дорогу еду на 3 дня. Выдавался пшеничный рис (булгур), 4 куска хлеба и кусок вареного мяса - баранина или курица. Там даже имелись отдельные спальни, то есть путникам не приходилось спать вместе со своими лошадьми. Караван-сарай, построенный на средства Ля Росса (Хюррем), жены султана Сулеймана и матери нынешнего султана Селима, он описывает как удобный и большой, построенный из длинных камней с крышей покрытой свинцом. А рядом с ним построена мечеть. Хотя Хюррем на тот момент уже была мертва, ее постройки содержались за счет ее фондов, на которые средства поступали из нескольких десятков деревень. Другими словами эти постройки или постройки того же Мехмета паши содержались на деньги простых люди. На их же средства нанимались люди, которые за всем следили. А Мехмет паша даже построил целый город на свои средства. Этот город находился между Эдирне и Константинополем. В этом городе Соколлу построил роскошный караван-сарай с конюшнями для лошадей и отдельными комнатами для людей. Он даже провел туда пресную воду. А рядом стоит красивая и величественная мечеть, украшенная красивыми мраморными колоннами и фонтаном по середине. В этом городе имеются общественные бани отдельно для мужчин и женщин, а также Сераль (дворец), в котором обязательно останавливается султан Селим, когда со своей султаншей едет из Константинополя в Эдирне и обратно. В этом Серале есть прекрасный сад. Крыши караван-сарая, мечети, бань и Сераля окрашены в яркие цвета. Имеются также больницы и магазины. В общем, Соколлу построил полноценный город, который наглядно демонстрирует его огромное богатство, так как расходы на это ушли очень большие. "Le voyage du Levant. Publie et annote par H. Hause", by Canaye Philippe, siuer du France, pag. 4-53

Некоторые мысли из отчета Тревизано, 1554год! Он упоминает форму правления, принятую в Константинополе. И пишет, что султан Сулейман придерживается тех же обычаев правления, что и его предки. Он четыре раза в неделю присутствует на заседаниях пашей, а именно с субботы по вторник. Конечно стоит отметить, что по введению Фатиха, Сулейман сам лично не принимал участие в заседаниях совета Дивана, а находился в отдельном помещение, слушая заседание. К тому же незадолго после прибытия байло султан Сулейман отправился в военный поход, в котором находился примерно два года. Далее в своем отчете Доменик Тревизано отмечает, как осуществляется правление государством в период военных походов. Когда Великий Лорд уходит в поход, покидая Константинополь, то он оставляет в столице наместника кого-то из пашей, и чаще всего самого старшего. В данном случае, уехав в августе 1553 года в поход, султан оставил наместником Синана пашу, который является морским капитаном и родным братом ВВ Рустема паши. Он оставил его с кадием Перы (судья) и одним из дефтердаров (казначей). Но совет Дивана в таком случае проходит всего два раза в неделю, в субботу и в воскресенье. Как отметил байло, что бывали случаи, когда султан оставлял агу янычар в столице, чтобы тот следил за порядком. Но в этот раз был оставлен только Синан паша. К тому же в Эдирне дополнительно отправяет одного из своих сыновей. К примеру, в 1547-1549 гг. был назначен шехзаде султан Селим, а в этот период 1553-1555 гг. в Эдирне находился шехзаде султан Баязид. Можно сказать, что в столицу сыновья султана не допускались в период отсутствия Великого Лорда, поэтому свое правление они осуществляли из Эдирне. Хюррем и Михримах в 1547 году, поддерживая Селима, гостили в Эдирне не один месяц. Правда, из-за волнений в городе Хюррем и Михримах не посещали Баязида, пока тот жил в Эдирне. Волнения были связаны с неожиданной казнью шехзаде султана Мустафы и его сына Мехмеда. Поскольку сразу же после казни Мустафы Рустем паша был лишен должности, то он был отправлен в Константинополь. А также байло отмечает, что вместе с ним прибыл Ибрагим паша, который был поставлен наместником. Хотя в отличие от своего брата Рустема, Синан паша не был официально снять с должности наместника, однако он перешел в подчинение Ибрагима паши. Хюррем султан хорошо встретила своего зятя Рустема. То, что Рустем сразу же был отправлен в столицу и то, Хюррем его хорошо встретила, возможно стала одной из причин почему Рустему все же была сохранена жизнь, хотя янычары. находящиеся в лагере ожидали его казни, а не просто снятия с должности. Сулейман отправил с глаз долой Рустема, и еще долгое время не возвращался из похода, чтобы утихомирить своих воинов. К началу 1554 году в Алеппо к султану прибыл шехзаде султан Селим. Самого султана Сулеймана он описывает, как скорее крупного человека, а не среднего роста. На момент, когда Тревизано прибыл в Константинополь, чтобы сменить Бернардо Наваджеро в конце 1552 года, султан Сулейман в глазах местного населения считался человеком имеющим добрую натуру и был человечным. Однако по прошествии не очень большого времени после смерти Мустафы и Мехмеда, теперь видят в нем обратное. Он на данный момент больше не считается справедливым и добрым правителем. Стоит отметить, что байло в данном случае описывает те изменения, которые произошли в обществе, а не лично свое мнение. Он не высказывался плохо ни о самом султане Сулеймане ни об его сыновьях, давая им лишь краткое описание. "Relazioni degli amdasciatori Veneti al Senato.", Alberi, Vol.I ser.III, pag.120-122, Domenico Trevisano, 1554.

Немного о Лютфи паше! Добрый день, дорогие читатели! Недавно возник вопрос о дате рождения Лютфи паши, и я решила уделить этому внимание. Я не буду в этом посте писать его биографию. Она находится в общем доступе и побольшей части не вызывает противоречий, кроме даты рождения и его свадьбы, вот об этом и напишу сегодня. Конечно я не претендую на истину в последней инстанции, я всего лишь изложу свое мнение по поводу своих изысканий. Если погуглить, как любят изъясняться большинство, то выдается год рождения - 1488 год, а дата свадьбы Лютфи и Шах - аж 1539 год... Конечно же и такое может быть, спорить не буду. Я прочитала ряд исторических книг и большинство историков не упоминают дату рождения Лютфи вообще, что вполне понятно, хотя бы потому что Лютфи воспитывался с малых лет во дворце еще султана Баязида Вели, и точной даты рождения не существует. Есть только данные, что он албанского происхождения. Причем источник, по которому историки ведут подсчеты, только один - это предисловие к трактату Асаф-Намэ, который написал Лютфи для визирей. Он не указывает дату рождения, а очень кратко пишет свою биографию. Причем дату свадьбы тоже высчитывают на основание этого предисловия. И делается вывод, что паша не мог родится после 1490 года, то есть родился между 1475 и 1490 гг. Однако лично я считаю, что он все же не мог родится раньше 1492 года, то есть он практически ровесник султана Сулеймана. Почему? Сам паша пишет, что воспитывался при дворе султана Баязида Вели, и свой карьерный рост он начинает с прихода к власти султана Селима, то есть на момент 1512 года ему было 18-20 лет, потому как дольше в школе Эндерун не держали. Также в общепринятую историю вошло мнение, что тот принимал участие в битве при Чандарлы в 1514 году, что также вводит в заблуждение в отношение его даты рождения. Мол слишком молод был. Однако сам Лютфи ничего не указал об участие в этом сражение, а лишь упомянул ряд должностей, которые он занимал при дворце до момента получения своего первого санджака в Кастамону 1520/21гг. И первая битва, в которой он участвовал - это был Родос 1521/22гг. Имея должности при дворце он вряд ли участвовал в битвах, если только сопровождал султана. Видимо поэтому битву при Чандарлы паша не упоминает в своей биографии. Со свадьбой получается примерно также. Встречаются такие даты, как 1530, 1535 и даже 1539гг. Сам Лютфи упоминал, что он был удостоен чести жениться на младшей сестре счастливого падишаха, и почему-то многие сделали вывод, что Сулейман отдал ему в жены сестру после того, как тот стал визирем в 1534/35 гг или даже после того, как тот стал ВВ в 1539 году. Алдерсон указывает 1530 год. Однако Чагатай Улучай, ссылаясь на Севдет Язмалари, который приводит интересную запись "Шах Султан - жена Лютфи бея 929 (1523 год)", считает, что брак произошел примерно в 1523 году. Из этой записи можно также сделал вывод, что Лютфи был еще достаточно молод. Он не имел никаких особо званий и заслуг. Он относительно недавно стал санджак беем, и ему на тот момент было не больше 30 лет. Правда, с датой рождения самой Шах тоже много не ясного, но считается, что ей было на момент брака 14/15 лет, то есть видимо родилась в 1508/09 гг., но опять же это всего лишь предположение. Могу добавить к этому описанию, что именно Лютфи паша в 1539 году стал тем, кто посчитал султана Сулеймана достойным титула Халиф, а также он начал вводить жесткую экономию султанской казны. Он провел "ревизию" в янычарском корпусе, а также церемония обрезание шехзаде и свадьба Рустема и Михримах не были такими же пышными, как в 1530 году. У меня все! спасибо за прочтение! Приношу свои извинения за свои ошибки - считайте их за улыбки! Tayyib Gokbilgin "Lutfi Pasa" / Ulucay Cagatay "Padisahlarin kadinlari ve kizlari" / Tarihi Cevdet / Ylmaz Oztun "Sultan Selim" / "The Ottoman Empire, 1300/1650" Colin Imber ...

Кратко о Рустеме паше из отчета Наваджеро! Бернардо Наваджеро, который служил при Османском дворе 1550-1552 году, и написал довольно подробный и интересный отчет. Многое уже успела написать. Теперь немного о том, что писал байло о пашах султана того времени. Он пишет о том, что на данный момент служат 4 паши. Первый из них, то есть Великий визирь - это Рустем паша, по его сведениям сербской национальности, хотя встречается, что он скорее всего хорват. Он является зятем султана. На тот момент, по мнению Наваджеро, около 50 лет. Второй паша - это Ахмет, который по национальности албанец. И эти двое были солидными и обладали авторитетом в государстве. Двое других - это Ибрагим из Боснии 80 лет и албанец Хайдар. Хотя они все входили в Совет Дивана именно мнение и власть Рустема паши преобладало среди них. Ему никто не смел перечить и все его просьбы и указания исполнялись без промедления. Венецианец даже провел параллель с Ибрагимом Паргалы. Он отметил, что Ибрагим был велик настолько, что делал все что хотел. Он был очень близок с султаном, что даже ходил в его дворец, точнее в его гаремную часть. Но все же не стоит забывать, что во времена Ибрагима женская часть гарема находилась в Старом дворце. Далее байло считает, что Ибрагима скорее можно считать компаньоном султана, а не его рабом. Рустем же такой привилегией не обладал, однако тот имеет более абсолютное величие и авторитет, чем Ибрагим. И во многом это связана с тем, что Ибрагим тратил много средств для того, чтобы получать благосклонность народа и особенно янычар, а Рустем наоборот сокращает расходы, которые он считает излишними, и многими способами пытается увеличить казну. Также есть еще одно основание его величия - это жена, которая является дочерью султана. К тому же эта дочь очень любима своим отцом-султаном и матерью. Она очень часто ходит во дворец своего отца, чтобы быть рядом со своей матерью. И как узнал венецианец, они обе пытаются добиться того, чтобы султан позволил Рустему входить во дворец, как когда это делал Ибрагим. Однако султан всякий раз отказывает им в этой просьбе. Венецианский байло отмечает, что Рустем имеет репутацию высокомерного человека и по характеру он скорее холерик, однако сам байло смог увидеть в нем то, что он вполне рассудительный человек и даже в чем-то приятный. Можно сказать, что у этих Османских пашей за все время не было столь мудрого и благоразумного как он. Но он очень скуп и деньгами дает уговорить себя сделать что-то что хочет человек для себя. Также он большой враг христиан. Правда, за хорошее вознаграждение может проявить благосклонность к христианам во время каких-либо переговоров, заняв чью-то сторону. Из чего Наваджеро делает заключения, что нет лучшего и более безопасного способа привлечь Великолепного пашу на сторону Венеции, чем деньги. На этот путь встают все, кто хочет добиться его расположения. "Relazioni degli ambasciatori Veneti al Senato", Vol.I, ser.III, pag. 89-92, Bernardo Navagero, 1553.