И, восходя в Иерусалим, Иисус дорогою отозвал двенадцать учеников одних, и сказал им: вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть; и предадут Его язычникам на поругание и биение и распятие; и в третий день воскреснет. Тогда приступила к Нему мать сыновей Зеведеевых с сыновьями своими, кланяясь и чего-то прося у Него. Он сказал ей: чего ты хочешь? Она говорит Ему: скажи, чтобы сии два сына мои сели у Тебя один по правую сторону, а другой по левую в Царстве Твоем. Иисус сказал в ответ: не знаете, чего просите. Можете ли пить чашу, которую Я буду пить, или креститься крещением, которым Я крещусь? Они говорят Ему: можем. И говорит им: чашу Мою будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься, но дать сесть у Меня по правую сторону и по левую - не от Меня зависит, но кому уготовано Отцем Моим. Услышав сие, прочие десять учеников вознегодовали на двух братьев. Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть бо́льшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих. Мф. 20:17-28 Диалог Иисуса с сыновьями Зеведеевыми и их матерью, о котором мы читаем сегодня в Евангелии от Матфея, показывает, насколько по-разному Учитель и ученики представляли себе грядущую славу и будущее Царство Иисуса. Ученики не знают, о каком крещении и о какой чаше говорит Иисус, а потому выражают немедленную готовность креститься этим крещением и пить эту чашу. К Его многочисленным предсказаниям о предстоящих страданиях они все еще остаются глухи. Споры о первенстве продолжались среди учеников Иисуса вплоть до последних дней Его пребывания на земле. Согласно Луке, даже на Тайной вечере ученики продолжали спорить, «кто из них должен почитаться большим». В ответ Иисус вновь приводит в пример Себя: «...Кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий — как служащий. Ибо кто больше: возлежащий, или служащий? не возлежащий ли? А Я посреди вас, как служащий» (Лк. 22:24–27). В обоих случаях — и в приведенном рассказе Матфея, и в повествовании Луки о Тайной вечере — Иисус говорит о Своей миссии как служении. Он не ожидает того, чтобы Ему служили; Он Сам пришел для того, чтобы послужить и отдать жизнь за людей. Эпизод с матерью братьев Зеведеевых следует в Евангелии от Матфея за притчей о работниках в винограднике и предсказанием Иисуса о Своей смерти. Созвучие между этим эпизодом и притчей о работниках в винограднике очевидно. И там, и здесь описана человеческая зависть: там работники возроптали на господина за его щедрость, здесь ученики вознегодовали на братьев за их дерзость. И там, и здесь Иисус говорит о «первых»: там последние становятся первыми, а здесь первым становится тот, кто для всех будет рабом. Мы видим, как сказанное в притче почти сразу же проецируется на реальную ситуацию, в которой находятся ученики Иисуса. Урок, полученный ими, завершается словами о том, что «Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мф. 20:28). Два брата хотят гарантировать себе два ближайших к Иисусу места. Ответом на просьбу служат слова Иисуса о чаше, которую Ему предстоит испить, и крещении, которым Он будет креститься. Очевидно, что Иисус и Его ученики все еще говорят на разных языках: они думают о первенстве, славе, чести; Он видит перед Своими глазами чашу страдания и грядущую смерть.
Жития Святых и молитвы .
Тропарь, глас 8 Я́ко зарни́ца небе́снаго огня́ возсия́ в рязанстей стране́ блаже́нная ста́рица свята́я Матро́на, ея́же па́мять дне́сь творя́ще, воспои́м Христа́ Бо́га, моля́ще Его́ дарова́ти на́м тоя́ предста́тельством в боле́знех, беда́х и ско́рбех терпе́ние, и душа́м на́шим ве́лию ми́лость. Перевод: Как вспышка небесного огня воссияла в рязанском крае блаженная старица святая Матрона, ее же память сегодня совершая, воспоем Христа Бога, моля Его даровать нам по ее покровительству терпение в болезнях, бедах и скорбях, и душам нашим великую милость. Кондак, глас 8 В не́мощех си́лу, в слепоте́ о́чи нетле́нныя обрела́ еси́, пребыва́ющи на одре́ боле́зни, всю́ду я́ко пти́ца ду́хом носилася еси́, младе́нствующи те́лом, была́ еси́ ма́ти скорбя́щим и обурева́емым. Те́мже чту́щих твою́ па́мять не оста́ви в моли́твах, и помоги́ на́м изба́витися от грехо́в покая́нием, и улучи́ти с тобо́ю Ца́рство Небе́сное.
Тропарь, глас 8 Свяще́нный Бо́гу Афиноге́н, в же́ртве служи́тель,/ свяще́нное учени́к свои́х принесе́ Христу́ заколе́ние,/ па́стырь со слове́сными о́вцами и́де в Небе́сную огра́ду,/ победи́в свере́пеющия неве́рием язы́ки./ Му́ченик Твои́х моли́твами, Христе́ Бо́же,// спаси́ ста́до Твое́ от волко́в, губя́щих е́. Перевод: Священнослужитель Афиноген, ты принес Богу как жертву священное мученичество своих учеников, пастырь с духовными овцами пришел в Небесную ограду, победив ожесточенных в неверии язычников. По молитвам мучеников Твоих, Христе Боже, спаси стадо Твое от волков, губящих его. Ин тропарь, глас 4 И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д:/ сего́ ра́ди, сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Афиноге́не,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим. Перевод: И нравам Апостольским сопричастником, и престола их наследником став, делами ты, Богодухновенный, восхождения к созерцанию достиг; потому слово истины право возвещая, ты за веру пострадал до крови, священномученик Афиноген, ходатайствуй пред Христом Богом о спасении душ наших. Кондак, глас 4 Влады́чню рече́нию после́довав, я́ко па́стырь изря́дный/ ду́шу твою́ положи́л еси́ за Христо́вы о́вцы, священному́чениче Афиноге́не,/ сего́ ра́ди восхваля́ем тя/ и с тобо́ю десяти́ну учени́к твои́х,/ и́же пострада́ша, стра́хом Бо́жиим и твои́м уче́нием наставля́еми./ Тем угоди́вших Влады́ка венча́ вас живонача́льною десни́цею,// Его́же о всех нас моли́те.
Тропарь, глас 4 Я́ко необори́мую сте́ну и исто́чник чуде́с,/ стяжа́вше Тя, раби́ Твои́,/ Богоро́дице Пречи́стая,/ сопроти́вных ополче́ния низлага́ем./ Те́мже мо́лим Тя:/ мир гра́ду Твоему́ да́руй// и душа́м на́шим ве́лию ми́лость. Перевод: Как неприступную стену и источник чудес имея Тебя, Богородица Пречистая, мы, рабы Твои, ополчения неприятелей низлагаем. Потому молим Тебя: «Мир граду Твоему даруй и душам нашим великую милость». Кондак, глас 4 Честна́го о́браза Твоего́ зна́мение пра́зднующе,/ лю́дие Твои́, Богороди́тельнице,/ и́мже ди́вную побе́ду на сопроти́вныя гра́ду Твоему́ дарова́ла еси́,/ те́мже Тебе́ ве́рою взыва́ем:// ра́дуйся, Де́во, христиа́н похвало́.
Равноапостольный князь Владимир Святой Апостол Павел в одном из своих посланий говорит: Поминайте наставников ваших, которые открыли вам тайны веры... И вот сегодня мы вспоминаем князя Владимира: как историческая личность князь Владимир был сложным человеком, и в нем мы видим всю сложность человеческой души, человеческой жизни, когда она возникает из сложных, стихийных недр язычества, чтобы встретиться лицом к лицу с Евангелием, с Самим Христом. Сложная историческая личность, полная порывов зла, добра; человек, который, вдруг оказавшись христианином, сумел в этой полутьме переживаний и жизни оценить Евангелие как самое драгоценное, что может быть у человека, Христа – как единственного, Кому можно подчиниться до конца и служить, и который захотел дать эту драгоценность и этого Господа всему своему народу. Каждый православный народ особенно чтит первого из своих князей и царей, который дал своей стране Христа. На грани язычества и христианства, там, где бушуют страсти, где борьба порой бывает самая трагическая и страшная, всегда стоит человек, который имел мужество весь народ свой посвятить Богу и всему народу дать Спасителя. За это мы благодарим князя Владимира, за это мы его вспоминаем; и вместе с этим каким утешением является такая личность, как он, для каждого из нас – грешного, слабого, порой порывистого в вере, непостоянного в добре, – когда мы видим, что такой же, как мы, человек смог открыть Бога, и так глубинно, так потрясающе измениться во всем. Но мы вспоминаем сегодня не только князя Владимира; мы вспоминаем еще отца Владимира Феокритова, который до меня был здесь настоятелем. Многие были его духовными детьми, многие его еще помнят благодарным сердцем. Он был человеком редкой цельности, кристальной чистоты; и он сумел построить этот приход на основании, положенном его предшественниками, в такой цельности и правде, на которых стоим мы и теперь. Мы должны ему быть благодарны за то, что у нас есть, и поэтому в конце службы мы отслужим по нему панихиду, вспомним духовных его детей, теперь усопших, и помолимся о том, чтобы по его молитвам и мы выросли в ту меру цельности и величия, примером каковых он был для нас. Аминь.
