Нафис Таомлар

Сын представил меня «уборщицей» Дождь стучал по окну лимузина, когда мы подъезжали к стеклянной башне «Кристалл-Холд». Я смотрела на отражение в тонированном стекле: строгий костюм от Brioni, белоснежная блузка, волосы, уложенные в элегантную низкую прическу...

Тик-так Тик-так. Часы на кухне отсчитывали последние минуты уходящего года, но для Лены они звучали как погребальный звон по ее терпению. Последней каплей стал не сгоревший оливье и не забытое шампанское...

Дочь технички Банк «Фиделис» всегда был символом солидности и благополучия. Высоченные потолки, отделка из тёмного дуба, блеск латуни и запах старых денег. Сотрудники в безупречных костюмах двигались бесшумно, а клиенты говорили вполголоса, как в храме...

Пара копеек Фраза «шестьдесят тысяч — это копейки!» повисла в душном воздухе конференц-зала, звонко и безапелляционно. Её произнес Андрей Сергеевич, директор, размахивая сметой на новый корпоративный мерч — дизайнерские толстовки и термосы...

За порогом тишины Сбежав из города, женщина поселилась в старом доме в деревенской глуши. А едва выглянула в окно — замерла. За стеклом, в предрассветном тумане, стоял лось. Величественный, с ветвистыми рогами, покрытыми инеем, будто корона из хрусталя...

Нежданная встреча Дождь стучал по асфальту ледяными пальцами, но Маргарита его почти не замечала. Она прижала к груди букет ирисов – любимых цветов мужа – и вглядывалась в поток людей, выходящих с вечернего поезда «Санкт-Петербург – Москва»...

Она плакала, выходя замуж за старика. Слезы оставляли бледные дорожки на щеках, тщательно напудренных для церемонии. Белое платье, слишком пышное для ее хрупкой фигуры, казалось, тянуло ее к полу, к той самой земле, где теперь покоилась ее юность...

Мраморные полы особняка отражали роскошь, в которой утопал Леонид Аркадьевич. Но в тот вечер его кабинет, обычно дышавший сигарным покоем и уверенностью, был наполнен иным — напряженной тишиной, нарушаемой только прерывистым дыханием мальчика, стоящего перед его письменным столом...

Вечер в «Эдеме» был особенным. Не из-за белых скатертей и хрустальных люстр, а из-за гостей. За столиком у панорамного окна, за которым пылал закат, сидела Алиса. Бриллианты на её запястьях играли бликами, а её смех — звонкий и нарочито громкий — резал воздух...

--- Отец называл это «здравым смыслом». Лиза называла это цинизмом, доведенным до уровня сверхспособности. Андрей Петрович Волков, железный король строительного империи, верил в цифры, договоры и нерушимость человеческой слабости, особенно мужской...

Клавдия Петровна очнулась от долгого, липкого сна, в котором не было ни снов, ни времени. Первым, что она осознала, был запах – стерильный, с примесью хлорки и подтаявшей тёплой каши. Потом – тихое поскрипывание и шуршание...

День три Стук ключей в дверь раздался, как похоронный звон. Катя даже не обернулась, заканчивая упаковывать последнюю коробку с книгами. Три дня. Всего три дня с того момента, как старшая сестра Алена, похоронив родителей, холодно заявила: «У тебя 72 часа, чтобы съехать...