Валерий Смирнов

Мы с тобой остались наконец-то, Ото всех укрывшися тайком, Мне знакомый и любимый с детства, С огоньками, город за окном. Ты пришёл под вечер так привычно, Словно никуда не уходил, Старый мой приятель закадычный, За углом трамваем позвонил. За спиной дела дневные прочно Запер ты ветрами на замок И закатом яблочно-молочным Тени протянул наискосок. Поиграв лучами над церквами, День угас до утренней зари. Снова ночь шуршит над головами, Зажигает город фонари. И уносится с дымом прозрачным Суета по соседним полям, А на крышах в окошках чердачных Есть приют завсегда голубям. Бездомный ветер, жалобно скуля, Разносит первую позёмку, И тени, беспорядочно снуя, Сбиваясь в стаи, создают потёмки. Под медью монументов - отблеск лужи, И до зимы уже всего полшага, Сгибаясь под зонтом, так неуклюже Спешит прохожий вдоль универмага. Но яркий свет неона и машин, Лишь подсветил с завидным постоянством: Асфальт - как мокрый ковролин, Решёток вязь - старинное убранство, И в капельках дождя, дрожащих на ветру, Повисших на чернеющих деревьях, Весь город отразится поутру, Как в самых лучших акварелях. Повдоль каналов - старые дома, А люди в тех квартирах, как в каютах, Плывут куда-то сквозь шторма, За занавесками скрываясь так уютно. Привычно чаек здесь кормить из окон, Тут подоконники - как будто леера, И купол неба звёздами расстёган, И всплески волн с утра и до утра. Идём в обнимку с городом ночным, А из-за туч Луна-чертовка Подмигивает каменным своим Незрячим оком в гало-окантовке... Для кого-то мой город - парадный, Строгий, хмурый, сдержан порой. Кто-то спорит о наших парадных, О любви говорит вразнобой, Для кого-то лишь белые ночи, Как критерий его красоты... Ты замри, ты побудь с ним часочек, И попробуй побыть с ним "на ты". И тогда может быть, хоть на время, Ты заглянешь в душу его, И поймёшь петербуржское племя, Для которого нет ничего, Что дороже, прекрасней и ближе, Чем дышать с ним дыханьем одним, Что в сто крат он красивей Парижей. Полюби - и он станет другим. Не дождливым, хмурым и серым, А твоим отраженьем души, Он не мерится общею мерой, И судить ты его не спеши. Что сказать - я люблю тебя, Питер? - Это пошло, банально, старо, Как избитая рифма про свитер. .... Всё. Пора мне. Закроют метро.

Мы порою теряем друзей, Не в бою, хоть и так же внезапно. Вдруг уходят дорогой своей, И душе враз становится зябко. Отрываем с кровью и болью То, что вроде гвоздями прибито, Пресловутый бессильный пуд соли, Словно пулей сердце пробито. Промежутки время забудет, Заполняет боль пустоту. Разум помнит, сердце - всё любит, Но не может простить клевету. По экрану - всё те же иконки, Как всегда, как вчера проскользят... Прерван фильм... порвалась киноплёнка.. И, как было, склеить нельзя.

"...И нравится мне бабье лето..." /Н. Глазков/ Идут вереницей по тропам Согретым последним теплом, И веером, быстрым галопом Спешат за желанным грибом. Хрустально прозрачное небо, Добыча уж ждёт под листом, Лосём ломануться и мне бы С корзинкой за левым плечом. Упарились, частью раздеты... И - чую, вселяется бес! И нравится мне бабье лето, Как бабы, идущие в лес!

Ты видел рожденье листка?.. Как сжатый во тьме кулачок, И ветка - как будто рука, И жизнь как короткий щелчок. Ещё трепетать на ветру, И солнцем дышать по утрам, А после, сорвавшись, к костру Лететь умирать по дворам. Но как умирают красиво, Не взявши с собой ничего. Желтеть, зеленеть, быть счастливым И - в вечность обратно легко.

У берёз и сосен, Листьями шурша, Тихо бродит осень, Холодком дыша. Отряхнул чуть слышно Летний лес наряд, И кружит всё ближе Жёлтый листопад. Кружевным узором Веточки черны, Под лазурным створом В чаяньях зимы. В воздухе прозрачном Крики журавлей Над посёлком дачным Слышны всё ясней. Поменяй местами Пару нот в ночи - Новыми мечтами Осень зазвучит.