Остров Истории

Евгений Александрович Васин, более известный как вор в законе «Джем, чье имя в 90-е годы прошлого века стало синоним абсолютной власти над дальневосточным криминальным миром, казался неприкасаемым. Он...

Законы мира теней пишутся не чернилами, а силой и авторитетом. Борьба за высшую позицию в этой иерархии редко бывает публичной, чаще она тлеет годами, чтобы вырваться наружу в момент открытого противостояния. Длительный конфликт между двумя влиятельными ворами в законе – Захарием Калашовым («Шакро Молодой») И Тариэлом Ониани (Таро) – стал одной из самых значительных и долгих глав в истории постсоветского криминала. Это был не просто личный спор, а столкновение амбиций, поколений и стратегий, растянувшееся на десятилетия и перекроившее расклады сил в преступной среде...

На рубеже 90-х гг. прошлого века, когда над Великим Новгородом вновь зазвучал колокол вечевого собрания, в городе родился иной порядок. Его законы писались не на пергаменте, а на наличных деньгах и молчаливом страхе. Время, когда безнаказанно стреляли на заправках, а кабинет чиновника мог стать приговором для бизнеса, сами новгородцы с иронией назвали «Новгородским Чикаго». Здесь не действовали понятия старых воров в законе – их оттеснила новая, беспощадная сила. Во главе этого нового порядка встал бывший таксист Николай Кравченко, известный как «Коля Бес»...

В анналах советского криминального мира встречаются имена, ставшие живыми символами целой эпохи. Одной из таких легенд был Владимир Петрович Бабушкин, более известный как вор в законе «Вася Бриллиант». Он олицетворял вора в законе старой, аскетичной формации, который отбыл в заключении почти всю сознательную жизнь – около 40 лет. Его биография – это история последовательной и безоговорочной верности кодексу, за которую он в итоге заплатил высшую цену. Его кончина в колонии особого режима «Белый лебедь» 25 июня 1985 года окружена тайнами, которые до сих пор вызывают споры...

Образ Санкт-Петербурга – это не только блистательные дворцы и строгие линии проспектов. Параллельно с официальной историей города всегда существовал иной мир, живущий по своим законам и понятиям. Особое место в этой скрытой хронике занимают «воры в законе» - элита криминального сообщества, чей статус освящен не письменными уложениями, а устной традицией, суровым испытанием и тюрьмой, и особым кодексом чести. Двое уроженцев Ленинграда чьи судьбы похожи в начале и радикально разошлись в конце, стали живыми символами двух эпох в истории этого феномена...