Письма к Женьке о любви и не только.

Привет, Женька! Я не писала тебе сто лет. Пришла осень, на носу октябрь, а октябрь для меня всегда провал в какой-то параллельный мир: другое зрение, слух, эмоции, мысли – всё другое, четче, громче, яснее, крупнее, очевиднее и невероятнее. Конечно же я в саду - закапываю луковицы тюльпанов. Большие на клумбу, маленькие в детсад , есть даже ясельная группа, настолько они микроскопические, но их ждет большое будущее, через несколько лет они переедут на центральную клумбу – это тюльпановый триумф. Женька,...

Привет, Женька. Я уже давненько хотела об этом тебе, но как-то не выходило. Не находила адекватного событиям стиля, вернее, адекватный находился легко, нужен был другой. События банальны, стилистически легко скатиться в пошлость, а не хотелось бы. В самых общих чертах ты все знаешь. Спросишь: «Если банальность, зачем?» А затем, что эта банальность редчайший экземпляр в моем архиве. Образчик подлости и эталон вероломства невероятные в моих эмпиреях. С доном Альберто я тебя уже...

Привет, Женька! По-моему, я ошиблась, определив свои письма к тебе как письма о любви, скорее они как у Шкловского о не любви. Хотя, всякие маги и чародеи говорят, что Вселенная не понимает отрицательных частиц, ну и слава Богу, пусть не понимает, а мы-то разберемся с этим вопросом. Почему сначала бывает так много любви, а потом она как в реторте алхимика начинает изображать из себя нечто иное, прямо скажем, противоположное. А, собственно, что разбираться - биохимия, детка, биохимия, всякие там гормоны, медиаторы и прочие сильнодействующие штучки...

Привет, Женька. Строчила я, строчила и вдруг моя жизнерадостная машинка модели «Оптимист» зажевала нитку. Да так основательно зажевала, что никак не выдрать этот спутанный моток из её челночной пасти. А шить-то надо. Есть у меня еще одна машинка, правда модель другая - «Пессимист» зовется, но мне не нравится её строчка. Впала я, короче, в оцепенение. Оцепенела значит. Пытаюсь в этом оцепенении найти пользу, я ведь всегда ищу пользу в любом состоянии, всё мне кажется, что есть какой-то верховный замысел, не открылся просто пока...

Привет, Женька! «В кейптаунском порту с пробоиной в борту «Жанетта» поправляла такелаж». Таким образом, Женька, прибыла я в порт приписки с весьма расстроенным такелажем. Шпангоуты жмут немилосердно. Плохой из меня вышел шкипер. Через пробоину не столько натекло, сколько вытекло, все мои живительные влаги оказались за бортом. Надо бы залить баки, поэтому на тебя уповаю. С теми влагами вытекло из меня самое сущее – Женское, та кипящая смола, липнущая и прилепляющая, двусторонний мой скотч, моя плавильня, оставшаяся без углей...