Теплый Ламповый Абсурдный

Глава 1. Тупик у разъезда Дубосеково Били пулеметы, с визгом рвались шрапнели, и чапаевская тачанка, оставляя за собой шлейф пыли и ругательств, мчалась к единственному уцелевшему мосту через реку Урал. Сзади, на горизонте, уже вырисовывались пыльные тучи, поднятые конницей генерала Толстопятова. – Прибавляй, Петька! – кричал Василий Иванович, стоя во весь рост и вжимаясь в ветер. – Беляки, как на помойке мухи, так и липнут! – Да куда прибавлять, Василий Иванович! – отзывался Петька, отчаянно дергая вожжи...

Записки поручика Петра Исаева, найденные в обломках странного механизма, испещренные не только словами, но и бессвязными чертежами тачанки с гиперприводом и пятнами, отдаленно напоминающими космического осьминога. I. Искаженный зной и философия верблюда Помню, как хрустел под сапогами песок. Это был не Богом забытый среднеазиатский песок, в который можно сплюнуть, и он хотя бы ответит тебе шипением. Нет. Это было нечто мелкое, стеклянное и, я бы поклялся, намеренно злорадное. Он скрипел на частоты,...

*** В Последнем Городе, укрытом за стеной из ржавого металла и отчаяния, отряд Тимура был последним оплотом порядка. Они не были детьми. Они были выжившими. Тимур, с лицом, испещрённым шрамами вместо веснушек, носил не красную звезду, а нашивку в виде скрещённых кос — символ сопротивления Тьме. Его команда — Гейка, Коля Колокольчиков и другие — были бойцами, охранявшими жалкие запасы воды и продовольствия от банд мародёров и существ из Гнилого Леса. Именно на стыке миров, у старой качалки, что когда-то была аттракционом, они нашли Его...

*** Если смешать Агату Кристи, Эдгара По и Успенского... *** Инспектор Мегрэ стоял под моросящим дождём на набережной Сены, закутавшись в своё верное пальто, и смотрел на маленький, уродливый домик, прилепившийся в самом неподходящем месте. От него пахло тиной, старой сыростью и чем-то ещё — сладковатым и тошнотворным, как гниющее мясо. Это был не просто запах. Это была атмосфера. Внутри, в кресле-качалке, сидела старуха по имени Шапокляк. Она была бледна, её пальцы судорожно сжимали ручки кресла, а взгляд был устремлён в пустоту, полный неземного ужаса...

Веселая песенка в стиле хоррор рассказа. *** Тишина в доме была не просто отсутствием звука. Она была густой, вязкой, как испорченный мёд, и пахла пылью, лекарствами и тем сладковатым запахом тления, что исходит от старой, отмирающей плоти. Бабуля сидела в своём кресле-качалке, неподвижная, как изваяние. Её глаза, затянутые влажной пеленой катаракты, были устремлены в окно, за которым медленно угасал осенний день. Они были её единственной нитью, связывающей с миром. Два весёлых гуся. Серый и Белый...