Анастасия Лилова

Пребывание было очень неудобным. Но мужчина был очень настойчив. Утром он выглядел даже лучше, чем накануне. Пока жарятся шашлыки, они разговаривают. Я съел так много, что было трудно дышать. Он пригласил меня остаться еще на день. Я предупредил своего родственника, что опоздаю. Собственно, ради отдыха я и поехал на юг. А этот красавчик... На заднем дворе установлен надувной бассейн. Это было вместо моря До Анапы я добрался, но только через четыре дня. Мы обменялись телефонами с мужчиной. На обратном пути еще раз заехал. Короче говоря, почти полторы недели отпуска я провел в автомастерской, а в самой Анапе всего несколько дней. Потом они созванивались около месяца. Он пришел в гости. Они зависли за такое короткое время друг к другу. Она осталась с ним после Нового года.

У меня не было сил идти. Я проехал 10 метров от его дома и заглушил машину. Она закрыла двери, натянула теплую рубашку, куртку и брюки. Ночью еще холодно даже на юге. Она отодвинула стул. Заснул. Каждая проезжающая машина будила меня и снова засыпала. Кто-то постучал в окно. - Устал? - Устал... - Позвони кому-нибудь из своей семьи, скажи адрес, что ты здесь. И давай спать со мной. Я не буду трогать. Потом смутно помню. Загнал машину во двор. Принял душ. Заснул на диване в гостиной. Я проснулся в три или четыре утра. Казалось, спит. Я не смел будить хозяина. Она легла и уставилась в потолок. Так промялась почти до утра. И снова заснул. Проснулась от пения собак на улице. Было одиннадцать часов! Я быстро оделся и пошел искать хозяина дома. Его жарили во дворе. Видимо, вечером я отвлек его от этого занятия, поэтому от него так сильно пахло дымом.

2013 год. Конец июня. Родственник из Анапы пригласил меня в гости. Мне было страшно ехать одной через полстраны, поэтому я позвала с собой друга с работы. Подруга за день до сбора успела подхватить какой-то кишечный грипп. Деваться некуда - меня ждут. Подруга ушла в отрицание. Я должен был идти один. Почти весь путь от Уфы до Анапы я буквально проехал. Я хотел приехать как можно раньше. Желания ночевать в отелях не было. Я планировал прибыть в Анапу поздно вечером. Но не судьба. Под Горячим Ключом машина стала издавать жуткие звуки (как будто в бак насыпали орешки), а сама машина стала отвратительно вести себя на дороге. И это при том, что перед поездкой я специально проехал ТО, поменял масло, проверил колеса. Но в технической части я полный профан. По пути была автомастерская. Было уже после восьми. Закрыто. Нашел еще один автосалон. Также закрыты. Машина уже не едет - ревет. Я пошел к третьему. Частный дом с большим гаражом и двором. Также закрыты. Я истеричка. Влажные глаза. Ее открыл мужчина, от которого сильно пахло дымом. Он выслушал меня и сказал, что будет. Ушел. Вернулся через несколько минут. Отлетела какая-то запчасть. Я поехал на своей машине к другу. Когда я вернулся, было уже десять часов вечера. Меня просто трясло от усталости. Я за рулем больше суток. Когда я все починил, было уже за полночь.

Может быть, я всегда буду одиночкой. Может, я просто так устроена. Или, может быть, я просто не очень часто встречаю людей, которые готовы отбросить ахинею и поговорить о вещах, которые действительно важны для меня. О красоте наблюдения за тем, как растут мои дети. О болезненном, но полезном пути к самопознанию. О чуде этого человеческого существования, которое мы одновременно и прокляты, и привилегированы испытать. Что я знаю точно, так это то, что, проведя семь лет за пределами соседской клики мамочек после моего развода, я вчера осознала, что вполне довольна тем, что я посторонняя. Они могут устраивать пятничные вечеринки, летние вечеринки у бассейна и воскресные бранчи, чтобы говорить о вещах, которые для меня не так уж важны. Я возьму свою простую, но необыкновенную жизнь. Мои дети счастливы, и это все, что действительно важно для меня.

Чувство покинутости никогда не бывает хорошим чувством. Если честно, небольшая часть меня завидовала им, казалось бы, идеальной жизни, пока я сидела и слушала. Однако я также знаю, что, когда люди тратят свое время, распушивая свои павлиньи перья и говоря о том, как прекрасны их материальные блага, в основе их лежит грусть, о которой они не знают, как говорить. Я знаю, потому что я была той женщиной, когда впервые переехала в этот район. Я думала, что покупка большого дома в популярном районе залатает зияющие дыры в моей самооценке и моем браке. Но это не так. И когда я, наконец, была честна с собой — я оставила это позади. Вместе с этим я оставила и мам по соседству.