Нетривиальные истории

— Стась, мне нужно съездить в офис к отцу, утрясти кое-какие вопросы. Возможно, вернусь поздно вечером. Ты чем займешься? — Буду обживаться в квартире, и искать вещи твоих бывших, — прищуриваюсь: «Ну, если найду…» Смех мне ответом. Сверкает белым рядом ровных зубов, Климу нравится моя ревность, его это забавляет. Я надуваю губы из-за того, что надо мной потешаются. Хожу за ним хвостиком, наблюдая как он собирается на свою работу. Мне на работу нельзя, а Климушке можно… Где справедливость, я вас спрашиваю? Теперь должна сидеть и ждать дома, словно привязанная...

– Может хотите отдохнуть? – поинтересовалась Ирина, заметив наши перешептывания, – Ваши вещи уже в комнате. – Да, не помешает, – отозвался Марк, вставая и утягивая меня следом за руку. – Что ты творишь? – не выдержав, выпалила я, стоило нам зайти в дом, — Это уже не похоже на спектакль. – А ты знаешь, – безуспешно пытаясь сдержать улыбку, отозвался Марк, ведя меня к лестнице на второй этаж, – Я ведь даже вжился в роль. – И как? – со злорадством поинтересовалась я. – Нормально, – невозмутимо ответил Марк, открывая мне дверь в одну из комнат...

— Да?! — прекрасно вижу, чей входящий. — Мачеха! Дуй в свой офис! — наорал и отключился, говнюк. С пасынком отношения странные. Грубиян отчаянно пытается постоянно поддеть и вывести за рамки спокойствия. Ему доставляет удовольствие видеть меня в красных тонах закипания. Савушка как тролль, питающийся моим гневом. Поняв это, перестала реагировать на выпады, чем еще больше его бесила. — Мальчики, мы едем в офис «Гарда»! — как обычно, я появляюсь неожиданно в комнате, где пахнет мужиками. Конечно же, я знаю, как их зовут...

Но стоит подруге подойти к двери, как та распахивается, и на пороге материализуется мой бывший, причём с букетом роз и довольной ухмылкой на лице. Пропустив нахмурившуюся Свету, заходит в мой кабинет и, закрыв дверь, окидывает меня оценивающим взглядом. — Зачем ты здесь? — уточняю, придя в себя от первого шока. — И тебе привет, Ирина, — урчит Денис и, подойдя ближе, кладёт передо мной цветы. — Как тебя вообще пустили в здание? — хмурюсь, разглядывая цветы, которые раньше мне бывший дарил только по особым случаям, обычно связанным с его косяками...

—Эй! Мелкая! А ну, брысь отсюда! — заметил меня, застывшую в коридоре, один из парней, с родинкой над губой. —Ма-а-а-ам! — верещу во всю глотку, будто меня режут, и показываю на них пальцем. — Вот же, коза конопатая! — запаниковали братцы, а девушка так вовсе с лица спала и пятилась, чтобы забиться подальше, одергивая короткую юбочку. Естественно сбежался народ: Что? Где? Почему? Кого убивают? Направление моего указательного пальца нисколько не изменилось. Вой сирены прекратился, когда рука отца перекрыла звукопередачу, закрыв мне рот...

— Смотри, — поцокав языком, буркнула Сашка, разворачивая ко мне ноутбук с открытой страницей корпоративного чата. — Тотализатор видишь? — Ну а при чём здесь я? — спросила я, вчитываясь в сообщения коллег, и тут же похолодела. — Ставки на меня и братьев? — И не только, — пролистнув пару чатов, намекнула сестра. — Они спорят на новеньких коллег с тех пор, как работают в компании. — О боже, — ахнула я. — Вот поэтому их и надо проучить, — заговорщически проурчала сестра. — Ну кто, если не мы? — Но как мы это сделаем? И на что спорить будем? — пролепетала я, переведя на Сашку непонимающий взгляд...

— Я в душ! Приготовь кофе, пожалуйста… любимый, — взгляд из-под ресниц всегда работал на Пашке. Вижу, что Максимушка выдохнул и облизал взглядом обнаженную фигуру. Марширую, откидывая волосы назад и натыкаюсь на парнишку, застывшего с открытым ртом. «Охранник, наверное» — готова стукнуть себя в лоб, что забыла… они тут шастают по утрам. — Вольно! — машу рукой, чтобы отмер. Хочу уже продефилировать дальше… — Па-а-ап! А че у тебя тут шлюхи голые расходились? «Пап? Как пап? Что за нахрен блин?» — заметалась, не зная, куда прошмыгнуть...

Совершаю покупки и, не спеша прогуливаясь в сторону дома, наслаждаюсь лёгким морозным воздухом и невесомо падающими крупинками снега. Остаётся чуть больше месяца до Нового года, хотя для меня с некоторых пор понятие праздника существовать перестало. Просто ещё один день, просто смена дат, просто очередной этап в жизни. За прошедшие четыре года я сильно изменилась. Стала уверенной, шикарной, неприступной, немного стервозной, независимой. Но это внешне… Внутри я всё та же Лариса, неуверенная в себе, осторожная, недоверчивая, сломленная девочка из маленького посёлка...

Смотрю в глаза тому, кто знает, как сделать мне плохо. — Подписывай! — цедит. Еще один удар по лицу. Я смеюсь Боре в рожу окровавленным ртом. Пытка — не эта боль… горят внутри воспоминания. Отсроченные искры мышечной боли докатываются до мозга. Онемевшее тело почти ничего не чувствует. Все в пепел. — Зачем, Борь? Убей сразу. Надеюсь, оно того стоит, — кашлянув, харкаю темно-красным сгустком прямо на бумагу. Клякса расползается по печатному тексту, словно осьминог тянет щупальца в разные стороны...

Дорогие друзья! Поздравляю Вас с началом весны! А ещё, если Вы вдруг не знали, сегодня ещё и международный день кошек. Вспомнилось, что ни одна из книг Коллективного Разума не обходилась без этих мохнатых питомцев: Кот Пионер из книги "Холостой для Авторы" — Пионер, будь готов! — строго сказала Аврора, гневно указав перстом на котищу. Тот, все так же загадочно щурясь, нехотя присел на окорочка, и передней лапой попытался отсалютовать по-пионерски. Но без фанатизма и весьма посредственно. — Что ж...

— Согласны ли вы взять в жены Гаврилову Виолетту Игоревну? Любить ее, хранить и оберегать… Вроде бы обычные слова по тексту, а какой на самом деле смысл этих клятв… Сварский не моргнув глазом отвечает: «Да!». На моем пальце новое золотое кольцо с россыпью маленьких бриллиантов. Не знаю зачем, но мы стоим напротив большого зеркала, отражаясь красивой парой. Смотрим друг на друга в отражении. Оба настороженные, оба не верящие в клятвы, только что произнесенные. Темнота в глазах Максима устрашающая, бескомпромиссная...

Бар «Хищник», который выбрал для встречи Грэгори ди Олмаран, славился тем, что в нём постоянно было многолюдно, но при этом можно было заказать столик для приватной беседы. Именно этим я и воспользовался, пока время позволяло. К тому же этот бар находился недалеко от Дома Свершений, и появление там Грэга вполне можно было бы списать на то, что ему просто понадобилось расслабиться, и он сбежал в этот оплот брутальности и отсутствия цензуры. Грэга я заметил сразу, потому что ждал. А вот он не спешил ко мне подойти, направляясь к барной стойке и заказывая себе напиток...