Психолог Вера Бронникова

А у меня буквально радость сегодня! Я нашла, кого я хочу в себе раскрыть: ВНУТРЕННЮЮ СТАРУХУ! Я встречала огромное количество предложений раскрыть в себе внутреннюю богиню. Но ни разу меня это не поманило. Будем надеяться, что это от того, что с богиней у меня там внутри и так все норм)) А вот сегодня я прочитала статью, в которой предлагают раскрыть внутреннюю старуху. И мне так вдруг хорошо стало, товарищи... Очень хочется иметь такую, знаете, бабку-титана внутри, которая уже прошла сквозь ад и вышла из него с парой метких шуточек. Она уже похоронила мечты, любимых, несколько версий самой себя и все еще любит жизнь и смеется. Она видела, как рушится мир, ее доверие предавали, ее тело болело так, что, казалось, что человеческой сознание вообще не способно осознать такую боль, и она все это превратила в стальную мудрость и ядреную радость бытия. Слово «старуха» для меня — не оскорбление. Это высший титул. В мифах старуха — это хранительница тайн, проводница в иные миры, та, что видит суть сквозь любую пелену. Она больше не боится смерти. А значит — больше не боится ничего. Мы живём в обществе, которое боготворит молодость, гладкую кожу и пластиковый позитив. Но посмотрите на лицо такой старухи — в каждой морщине там застыла целая история преодоления. Каждый шрам на душе превратился в луч мудрости. Нет силы крепче, чем сила, которая уже всё потеряла — и осталась стоять. На сегодня у меня все, товарищи. Как только я раскрою свою внутреннюю старуху, обязательно поделюсь с вами впечатлениями, а возможно и тренинг какой забабахаю! А? Как вам идея?

Иногда я замечаю, что к себе отношусь жёстче, чем к кому бы то ни было. Другому можно устать. Другому можно ошибиться. Другому можно не справиться. А мне — нельзя. Я должна себя собирать. Подтягивать. Держать в форме. И даже когда что-то получается, внутри не появляется облегчение. Потому что это «так и должно было быть». Если ты, читатель, узнаешь себя в этих словах, то, наверное, тебе стоит знать, что так часто живут люди, которых рано научили быть удобными, сильными или слишком взрослыми. Когда не было места для «не могу». Когда слабость приходилось прятать. Когда за ошибки платили слишком дорого. Со временем такое отношение к себе становится привычным. Внутренний критик звучит как здравый смысл. Как ответственность. Как зрелость. И только иногда появляется усталость. Не от дел — от постоянного внутреннего давления. В такие моменты легко решить, что с тобой что-то не так. Что ты недостаточно благодарный. Недостаточно позитивный. Недостаточно собранный. Но чаще это не про недостаточность. А про отсутствие бережности к себе. Не той, которая «разрешает всё». А той, которая хотя бы иногда относится к себе так же, как ты относишься к другим.

Сейчас тебе может казаться, что всё напрасно. Что усилия растворяются в пустоте, что шаги не ведут вперёд, а только утомляют. Иногда внутри появляется это тихое, тяжёлое чувство: «зачем я вообще это делаю?..» Но правда в том, что ты не зашёл в тупик. Ты в процессе. А процесс — это всегда неуютно. Он редко выглядит как уверенное движение вверх. Чаще — это сомнения, откаты, усталость, моменты, когда хочется всё бросить и больше не пытаться. И именно здесь, в этой точке — где нет быстрых результатов, где нет аплодисментов, где нет ясности — останавливается большинство. Не потому что они слабые. А потому что становится слишком тихо, слишком тяжело и слишком непонятно, куда всё это ведёт. Но если ты всё ещё здесь, если ты продолжаешь искать, пробовать, думать, чувствовать — значит, ты уже делаешь больше, чем кажется. Не сдавайся. Даже если сейчас нет сил на большие шаги — делай маленькие. Даже если нет уверенности — держись за намерение. Даже если кажется, что ты один — это не так. Просто путь иногда проходит через тишину. И если ты сейчас читаешь эти строки, возможно, именно сегодня они должны были тебя найти. Не случайно. Не просто так. Потому что однажды — не сегодня, может быть не завтра — ты остановишься, оглянешься назад и увидишь не хаос, а путь. Увидишь, сколько ты выдержал. Сколько раз поднимался, когда никто не видел. Сколько раз продолжал, когда было легче сдаться. И тогда ты тихо, без пафоса, почти шёпотом скажешь себе: «Хорошо, что я не остановился. Хорошо, что я продолжил».