СДЕЛАНО РУКАМИ

Утром я поменяла бельё в спальне. Новый комплект. Серый в белую полоску. Купила на прошлой неделе. Заправила углы. Расправила складки. Взбила подушки. В обед пришла свекровь. Ключи у неё свои. С прошлого года...

На кухне у свекрови сидело человек шесть. Соседки. Подруги. Чай. Пирог. Я мыла посуду после обеда. Свекровь громко говорила. Голос долетал через открытую дверь. Рассказывала про соседку Лену. Невестку какой-то Тамары с пятого этажа...

Она позвонила в дверь в субботу утром. Я открыла в домашних тапках. В руках кофе. Соседка снизу стояла на пороге. Лет пятидесяти. В халате. Лицо недовольное. Сказала что нам надо поговорить. Серьёзно. Я пропустила её внутрь. Она прошла не разуваясь. Остановилась посреди прихожей. Вы ходите в обуви дома. Я слышу каждый ваш шаг. Грохот стоит с утра до ночи. Я растерялась. Мы ходим в тапках. Обувь снимаем сразу. Она покачала головой. Не тапки. Каблуки. Топот. У меня потолок трещит. Я возразила. Никаких каблуков...

Мы собирали на этот отпуск тридцать шесть месяцев. По пять тысяч каждый месяц. Иногда по три, когда денег не хватало. Путёвки купили в январе. На двоих. Турция, пять звёзд, всё включено. Считали дни. Дима говорил про нормальный отдых. Не на даче у родителей. Не в Подмосковье на выходные. Я мечтала о море. За три дня до вылета мы были у его родителей на ужине. Свекровь накрыла стол. Спрашивала про отель. Про экскурсии. Я показывала фотографии с сайта. Она слушала. Кивала. Потом вдруг произнесла эту фразу...

Мы прощались с ней в аэропорту Внуково. Она обнимала Диму, гладила по спине. Говорила: наконец-то вы отдохнёте, вдвоём, без суеты. Я стояла рядом. Улыбалась. Дима сказал: мам, не волнуйся. Мы всего на неделю. Она кивнула. Помахала рукой. Мы прошли на регистрацию. В самолёте я выдохнула. Семь дней без неё. Без звонков по три раза в день. Без внезапных визитов с «я просто мимо проходила». Дима взял меня за руку: наконец-то мы одни. Я прижалась к его плечу. В Анталии было жарко. Нас встретили, отвезли в отель...

Когда мы женились, Денис спросил, где будем жить. Я сказала, что у меня есть квартира. Двушка в центре. Можем там. Он обрадовался. Сказал, что отлично, а то у него съёмная однушка на окраине, тесная, дорогая. Мы въехали в мою квартиру через неделю после свадьбы. Денис сразу начал обживаться. Перевёз свои вещи. Расставил мебель по-своему. Повесил на стену телевизор. Купил большой диван. Я не возражала. Смотрела, как он хозяйничает, раскладывает инструменты, меняет замок на входной двери. Сказал, что старый ненадёжный...

Каждое пятнадцатое число месяца Игорь садился за комп и переводил матери тридцать тысяч. Я стояла на кухне и слышала, как он набирает данные карты. Как вздыхает. Как бормочет что-то про коммуналку и лекарства. Потом выходил, говорил: маме помог, на нас осталось двадцать, протянем? Я кивала. Конечно. Двадцать тысяч на двоих на месяц. Я считала каждую покупку. Хлеб, крупа, макароны, яйца. Мясо раз в неделю, самое дешёвое. Овощи по акции. Игорь не замечал. Ел, что готовила, не спрашивал, почему одно и то же...

Людмила Петровна сидела в коридоре суда, сложив руки на сумке, и смотрела на меня с жалостью. Рядом с ней Максим, мой теперь уже бывший муж. Бледный, усталый, не поднимающий глаз. А свекровь смотрела и говорила про то, что одной будет тяжело, квартира съёмная, работа так себе...

Сергей скатывал носки в рулончики и аккуратно укладывал в спортивную сумку. Методично так, будто собирался в командировку, а не уходил из дому навсегда. Я стояла в дверях спальни и смотрела, как он снимает с полки свои книги...

Коробка была большая, обёрнутая в блестящую розовую бумагу. Свекровь протянула её мне через стол, улыбаясь так, что видны все зубы. За столом сидели гости: мои родители, сестра мужа Инна с мужем, двое коллег Максима и наша соседка тётя Валя. Все смотрели на меня, на коробку, на свекровь. Людмила Петровна сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. Ждала. Я оторвала бумагу. Под ней — картонная коробка с картинкой: мультиварка. Но не простая мультиварка. Модель древняя, из тех, что продавали лет десять назад...

Ключи остались на кухонном столе, телефон — рядом. Я поняла это, уже спустившись на первый этаж. Развернулась, поднялась обратно. В кармане нашла запасной ключ от квартиры свекрови — она дала на всякий случай, когда мы с Денисом переехали в этот же дом, этажом выше. Вставила ключ в замок тихо, чтобы не спугнуть. Свекровь не любит, когда врываются без звонка. Дверь приоткрылась бесшумно. И я услышала голос Ларисы, золовки. «Мам, ну посмотри правде в глаза. Она его не тянет. Совсем». Я замерла в коридоре...

Андрей жевал бутерброд и листал телефон. Будничное утро, половина восьмого, за окном ещё темно. Я допивала кофе и собиралась на работу. Он сказал это между делом. Вот так просто, как сообщают о погоде или о том, что закончился стиральный порошок. Мама взяла кредит на ремонт. Двести тысяч на три года. Платить ей тяжело, пенсия маленькая. Поэтому мы поможем. Точнее, я помогу, потому что у меня зарплата больше. Я поставила чашку на стол. Кофе расплескался на скатерть, тёмное пятно поползло к краю. «Подожди...