Милана Орлова

Я всегда знала, что родственников мужа лучше любить на расстоянии. Желательно — в другом городе. Но моя свекровь, Клара Владимировна, и золовка Ирина жили всего в трех остановках от нас. И этого расстояния им явно не хватало. В тот вечер я летела домой как на крыльях. В сумке лежал распечатанный типовой договор аренды. Завтра я должна была сдать свою новенькую студию. Квартирка крошечная, всего двадцать восемь квадратов, но уютная и в хорошем, зеленом районе. Эту студию я выстрадала. Деньги копила еще до брака, ужимая себя во всем, плюс вложила часть наследства, доставшегося мне от бабушки...

Этот долгожданный отпуск я ждала так, как путник в раскаленной пустыне ждет глоток ледяной воды. Весь этот год выдался для нашей семьи невероятно, просто зубодробительно тяжелым. На моей работе прошло масштабное сокращение, и мы с оставшимися коллегами тянули двойную, а то и тройную нагрузку, задерживаясь в офисе до позднего вечера. Мой муж Олег тоже сутками пропадал на своих объектах — он инженер-проектировщик, сроки сдачи горели один за другим, заказчики нервничали, телефоны разрывались даже в выходные...

Этот день я теперь называю точкой невозврата. До той злополучной субботы мне казалось, что у нас с мужем вполне обычная, нормальная семья. Мы с Андреем женаты уже семь лет. У нас подрастает чудесный сын Димка, ему недавно исполнилось пять. Первые годы брака были настоящим испытанием на прочность. Мы мотались по съемным чужим углам, откладывая деньги на первоначальный взнос. Когда я забеременела Димой, стало еще сложнее в финансовом плане. Мои декретные были копеечными, вся нагрузка легла на плечи мужа...

«— Я переписала дачу на младшего, а досматривать меня будешь ты, — гордо сообщила мама, но...» Эту фразу Валентина Павловна произнесла так легко и обыденно, словно речь шла о том, кому достанется последний кусок яблочного пирога за воскресным чаепитием. Пирог, к слову, был испечен мной. Как и чай, привезенный из моей недавней командировки. Как и скатерть, которую я подарила маме на Восьмое марта. Я сидела напротив матери на тесной, но уютной кухне и чувствовала, как внутри медленно, но верно закипает глухое раздражение, смешанное с многолетней, настоявшейся обидой...

Мой дом — моя личная неприступная крепость. Эту трехкомнатную квартиру я купила за два года до знакомства с мужем. Вложила в неё абсолютно всё: собственные накопления, финансовую помощь родителей и тяжелую ипотеку, ради которой годами отказывала себе в отпусках...