Милана Орлова

«Ну чё, пропиши нас в квартире, а то я себе другую жену найду!» Он выплюнул это абсолютно буднично, стоя посреди моей собственной кухни в засаленных трусах и почесывая волосатый живот. Вставил свою медную вставную челюсть, допил зелёный чай и посмотрел на меня как на пустое место. А рядом восседала его мамочка, Елена Михайловна, и слащаво улыбалась юристке, которую они без моего ведома притащили прямо к нам домой. На кухонном столе лежали чужие бумаги, бессердечно прижав бабушкины ажурные салфетки...

— Тамара Дмитриевна, уточните данные второго кандидата — Корзуновой Виктории Александровны. Вы подавали заявку на выделение доли в квартире? Услышав это в трубке от абсолютно постороннего нотариуса, я едва не выронила кружку. Горячий кофе плеснулся на блузку, но я даже не почувствовала ожога. В голове зашумело так, будто я стояла на взлётной полосе. Какая Виктория Александровна? Какая доля? Это была моя, и только моя двухкомнатная квартира на Кленовой. Единственное жильё, которое досталось мне от покойной бабушки Зины...

Восемь лет я была уверена, что у нас с Геной идеальная семья. Мы вместе вытягивали ипотеку: он платил со своей зарплаты, а я в декрете крутилась как могла — подрабатывала ночами, экономила на всём и полностью закрывала наш быт. Но как только долг банку был погашен, свекровь принесла мне на подпись «подарочек» — добровольный отказ от моей доли в квартире. По ее подсчетам, в декрете я «сидела на шее», а значит, права на жилье не имею. Муж же просто стоял за ее спиной и молчал, ссутулившись. Я отказалась...

— Ты вообще соображаешь, что говоришь?! Моя мама ради меня всю жизнь на двух работах гробилась, здоровья лишилась! А тебе эта трехкомнатная квартира от бабушки просто так, на халяву досталась! Ты на неё...

— Живо в узелок свои манатки и на выход! А ты, Стас, проверь её сумку на выходе, а то знаем мы этих провинциалок — небось, серебряные ложки уже по карманам рассовала! Эти слова ударили меня хлеще пощёчины. Тело хозяйки квартиры, Зои Павловны, увезли в морг всего два часа назад, а её «официальные» родственники уже хозяйничали в роскошной трёхкомнатной сталинке в самом центре города. Высокие потолки, настоящий дубовый паркет, антикварная лепнина… Для сына Зои Павловны, Игоря, и его жены Жанны эта квартира была не любимым домом матери, а лакомым куском с ценником в несколько миллионов...