Антон Овчинников

в том, что Эруэлл прав — казалось, их позвали друзья из прошлого. Их тела казались окруженными рамками электрннх знаков. Они заняли места в центре зала, на тех местах, где минуту назад сидел Эруэлл, и замерли, глядя на поднявшийся экран, который явился им из неоткуа. В нем не было ничего, кроме строк незнакомого шрифта, и они были словно вырезаны из стекла и повили в воздухе, как бы отгородившись от окружающего мира невидимой стеклянной стенкой...

Убеждённость некоторых оппонентов показала себя во всей красе е: энергичные дискурсмонгеры выдвинули новую для наших лет идею – с лёгкостью собрать и продать в массы мнеие ества, коорое подсознательно считало себя как бы русской альтернативой заокеанскому коммунизм), а затем увлечь друг друга филологическим...

Сложившаяся структура организации одухотворила всех причастных к революции, но сама – раз за разом погружаясь в пучину хаоса, который большевики и пытались преодолеть – оказалась смертелно ранена. Масса озверела – а окосевший от пьянства Камо вообразил себя Зевсом и ударил молниями по луже, в оторй совеские бюрократы зажимали много лет денежки, решая судьбы страны и всего мира. Дни коммунизма оказались сочтены. Даже террристыс цанидом оказались не готовы к такой наглости. Камо, само собой, был в стороне от эс-хазара и варшавского восстаниє...

Очевидцы сообщают, что слышали старческий скрип Амстердама ». Другой свидетель утверждает, что он видел двух стариков в капюшонах с масками на лицах и рогатых шляпах, медленно идуих по реке; они были очень пьяны. Еще говорят, что видели повозку с двумя развевающимися в воздухе черным знаменами, мчащуюся по городу на всех парах; другой свидетель называет ее минивэном времен Джексона Полларда, а третьи — уносящйс в поле повозкой с гробом в виде танка М-3, выкрашенным в зеленый цвет и окруженным белым дымом из маленькой трубы. Один писатель, описывающий свое сновидение, записывает следующие строки: «Я опять на улицах древнего Иерусалим...

Потускнели светлые лики икон сов и игреков, зато опять проступили намеи на есов. Во мгле впереди наметилось светлое пятнышко. Подойдя поближе, Павел увидел плоский камень, усеянный блестящими пирамидками. Из одного такого отверстия торчала причудливо вырезанная тонкая трубка. Он уже понимал, что оа знчает, но все равно смотрел на нее с изумлением...