Феодора Загубисундук

—Оказалось, что она сбежала,— закончила Помело.Я смогла выдохнуть. Теперь мне страстно хотелось узнать, как у нее это получилось.—Она выбрала тропу вдоль реки. На первом повороте две женщины, работавшие на поле, увидели, как она борется с Вековечным. Она смогла высвободиться, побежала к реке и, шатаясь, пошла по гладким камням, устилавшим ее дно. Вода была ей только по колено, и она, видно, думала, что сможет легко перебраться на другой берег. Но мох на камнях был скользким, а течение — быстрым, и она несколько раз упала. Река становилась глубже, и, когда она дошла до середины, вода была уже ей по бедра...

Послышался одобрительный гул.—Я скорее буду при нем слугой и носильщиком,— заметил Лу Шин.— Мне предстоит обеспечивать его местом для проживания и всем необходимым для путешествия. Но я действительно удостоен чести ему помогать. Я смогу наблюдать за мистером Бирштадтом на самых ранних этапах его работы.Отец начал оживленный разговор о разнице между американским и китайским искусством, о масляных красках и черной туши. Лу Шин разговаривал так непринужденно, будто все эти люди, большинство из которых были намного старше его, являлись его лучшими друзьями. В нужное время он говорил с учтивой почтительностью, но любой мог заметить, что стоило ему что-либо сказать — и он затмевал всех...

Мы с Золотой Голубкой составили список возможных источников существования. Она могла преподавать английский и китайский, а я — организовывать для приезжих экскурсии, открывающие им «тайны Шанхая». Мы оставляли объявления в американских магазинах, в клубах, на стенах рядом с американским консульством. В свободное время я ходила по картинным галереям, пытаясь найти пейзаж с тяжелыми дождевыми тучами, неширокой горной долиной и горами на заднем плане. Каждый день мы бродили по улицам Международного сеттльмента и искали место, где можем предложить свои услуги, и обещали друг другу не сдаваться, несмотря на постоянно растущее число жителей Шанхая — их стало больше миллиона, как говорил Даннер...

Мы стояли с ним в самом дальнем углу зала Бельмонт, в бывшей гостиной покровителя гильдии оперных певцов, где имели обыкновение собираться во время антракта влиятельнейшие фигуры. Джефф с победным видом увел Артура Гавертона-Гамильтона в бар, предоставив Джулиану принять всю мою ярость в одиночку.— Тебе не помешало бы сказать мне о нем, — сказала я, сильно понизив голос. — Ты должен бы все же побольше мне доверять.— Я доверяю тебе, Кейт. Разумеется, доверяю. Просто мне не хотелось огорчать тебя. Я…— Подумать только, брат Флоренс! Обитает здесь, на Манхэттене. И он — один из вас. Скажи-ка, ты вообще...

–Отлично!– Маргарет тут же просияла, а ее ярко-голубые глаза зажглись на испещренном морщинами лице, словно два фонарика.– Ну и как тебе сам лэрд, как называют в наших краях помещиков?–Он очень… мил. Да, был очень обходителен в разговоре со мной,– промямлила я.– Честно говоря, я ожидала увидеть совсем другого человека,– добавила я торопливо, надеясь в глубине души, что не выдала своего смущения краской на лице.– Думала увидеть человека гораздо старше. Такого лысого толстячка с объемным животом, безошибочно выдающим пристрастие к виски.–Даже так?– весело рассмеялась Маргарет, видно, прочитав все мои мысли...