Марьяна Касанова

– Ой да, извините.Кэри попробовала улыбнуться.– Я немножко нервничаю.Теперь женщина кое-что заметила; подавшись вперед, сдвинула очки на нос. Одним движением она превратила полное неведение в четкое понимание.– А ты, часом, не дочка старины Теда?Черт!– Да, мисс.– Родители в курсе, что ты здесь?Волосы Кэри были собраны в косичку, которая туго оплетала голову.– Нет, мисс.Почти раскаяние, почти сожаление.– Боже, детка, ты сама добиралась?– Да, на поезде. И на автобусе.Она уже было затараторила:– Ну, сначала я села не на тот автобус…Тут она взяла себя в руки.– Миссис Макэндрю, я хочу работу.Вот в этот самый миг она ее и покорила...

Я еще не понимал, на какой «забор» натолкнусь, приняв такое решение. «Забор» этот – собственно говоря, тот самый, о котором писал Фрост – по-научному называется менталитет. Я не националист – боже упаси – и не считаю этот «менталитет-забор» генетически свойственным моим землякам. Кто-то избавляется от него легко, но удается это далеко не всем.Кажется, я уже писал о том, что в Кью-Гарденс-Хилс создано было Общество местных домовладельцев. Я давно уже в него вступил и даже был избран в группу правления. Работали мы безвозмездно. Мало того – чтобы Общество располагало хоть какими-то финансами, каждый из нас вносил членские взносы...

“Я сказал, что есть вещи поважнее невыплаченных зарплат, что есть сила и воля государства, и что если этого нет, то государство начинает просто расползаться как гнилое сукно. Я еще к каким-то там историческим примерам прибегал. И говорил, что вот сейчас то, что происходит с Чечней, погубит государство, потому что мы делаем вид, что там все хорошо, а там все совершенно не хорошо, и что если это будет продолжаться таким образом, то очень скоро возникнет дилемма: либо там опять начинать войну, бойню, либо капитулировать, и тогда Чечня будет просто Россией править через какое-то время, потому что у них воля есть...

Молчание. Слабый отзвук чьего-то дыхания.— Алло? Джулиан, это ты?Пауза. Наконец незнакомый мужской голос неуверенно спросил:— Могу я поговорить с мистером Лоуренсом?— Хм, нет. Он ненадолго отлучился. Могу я передать, кто ему звонил?— Не надо ничего передавать, — сказал звонивший и повесил трубку.Спустя полчаса я заслышала от дороги шорох гравия и вышла навстречу. Джулиан уже выгружал из машины продукты. Подойдя к нему, я подхватила несколько пакетов.— Перестань, — остановил он меня, — это моя работа.— Вместо разминки, — пошутила я. — А то я уже несколько дней не бегала.— Не в том суть, — возразил он, но я уже направилась с пакетами к дверям...

Я знаю, конечно, что такие традиции, превратившиеся в формальность, существуют не только у нас, у бухарских евреев. Похожее происходит, к примеру, и на Кавказе. Застолья на Кавказе собираются по любому поводу – ведь там виноград, разливанное море вина… Вообще-то ничего плохого в этом не вижу. Но вот недавно в рассказе одного из своих любимых писателей, Фазиля Искандера, прочел я размышления, очень близкие моим: как в его родной Абхазии люди порой превращают в бессмыслицу любую, даже прекрасную традицию. Я так обрадовался такому сходству наших мнений, что решил процитировать здесь строки из рассказа «Должники», где рассказчик приглашён родственником на празднование дня рождения сына...