Ева Кукольщикова

— И тебя это удручает?Джулиан немного помедлил с ответом, явно подбирая слова.— Кейт, я не смею винить тебя за принадлежность к другому миру. Мой мир тоже не был совершенен. И не думаю, что человечество когда-либо имело хоть какое-то представление, как управлять сменой эпох со всеми влекомыми последствиями. — Он потер висок и неожиданно признался: — Знаешь, я чрезвычайно ревнив. Но я постараюсь на этот счет быть современным человеком.— А ты… Скажи… у тебя там кто-то был?— Да. Была одна, — понял он, о чем я спрашиваю. — Во время войны.— И с тех пор никого? При том числе охочих до тебя женщин, что встречаются тебе на каждом шагу?— С тех пор — никого...

–А я полагал, что тебе больше нравится танцевать одной. Или нет?–Нравится, ты прав. Но когда я в последний раз выступала вместе с Триана в Буэнос-Айресе, мне показалось это очень впечатляющим. Дуэт – это ведь больше, чем соло. К тому же он уже знаменитость в Америке.–Лусия, пожалуйста, скажи мне правду. Мы ведь проделываем весь этот долгий путь до Нью-Йорка вовсе не за тем, чтобы увести у Аргентиниты ее партнера?–Конечно нет! Но я могу многому научиться у Триана. Он ведь гений.–Даже так?– Менике подошел к Лусии и, встав у нее за спиной, посмотрел на ее отражение в зеркале.– И это говорит мне женщина,...

–Первая работа?– спросил Билли.– Не переживай, привыкнешь быстро.Алан, он был здесь главным программистом, кивнул:–Испытательного срока не бойся, давить на тебя никто не будет. А если что – поможем, окей?Когда оба они вернулись к своим мониторам, оператор Карлос махнул мне рукой:–Пойдем-ка, покажу кое-что.Он подвел меня к большому, по пояс мне, белому металлическому ящику, в верхней части которого стояли экран и клавиатура. Ящик монотонно жужжал, из длинных прорезей в его боковой стенке струился нагретый воздух.–Ага, компьютер!– пробормотал я. Мне почему-то не хотелось показывать, что я взволнован...

В те годы джинсы были мечтой любого советского парня, любой девушки. В Советском Союзе, где было очень много хлопка, джинсовую материю почему-то не производили и джинсов не шили. Впрочем, когда же это советская легкая промышленность следила за модой и вкусами потребителей? Джинсы к нам попадали только зарубежные, нелегальными путями, и потому были невероятно дорогие! В наших краях только самые состоятельные ребята были владельцами джинсов, а остальные с завистью поглядывали на чужие задницы в желанных штанах, на кожаные лейблы с выжженными названиями фирмы: «Леви Страус», «Вранглер», «Ли»…В нашей группе позволить себе такую роскошь могла только Ирка Бровман...

— Милая моя девочка, неужто ты не понимаешь? Этого-то я как раз и жду от тебя. ГЛАВА 10Всю ночь над городом собирались тучи, постепенно заволакивая небо плотным одеялом и сменяя благодать вчерашнего дня влажным удушливым утром — откровенным предупреждением о совсем уже близком лете. В тяжелом воздухе я вяло продвигалась от станции подземки на Бродвее к зданию «Стерлинг Бейтс» на Уолл-стрит, читая в своем смартфоне последнее электронное послание от Джулиана. Оно пришло как раз, когда я ехала, покачиваясь, в вагоне метро, прижатая к потной подмышке какого-то верзилы в дешевеньком костюме и с гитлеровскими усиками...