Иван Иванов

Чашек и его младший брат Кружек жили вместе со Стариной Чайником в маленьком уютном домике на краю Чернильных островов. Они были там совершенно счастливы, и Чашек ни за что бы не захотел для себя ни другого дома, ни другого опекуна. В конце концов, Старина Чайник – один из самых добрых жителей Чернильных островов, и почти все считали его своим другом. – Доброе утро, Чашек, – пропыхтел старый чайник. – Отличный денёк сегодня, да? – День что надо, – ответил Чашек. Но больше он ничего не сказал. Старина Чайник слегка нахмурился. Уж в этот-то день он ожидал немного другого приветствия от юного Чашека...

Близнецы O’Ромбик – Лефти и Роджер – включили вентилятор. Лопасти вращались всё быстрее и быстрее, и нитка наматывалась на них, словно макароны на вилку. А вместе с ниткой задвигалось и всё остальное. Дверная ручка повернулась, безделушки перестали бездельничать и громко задребезжали, абажур смялся, карниз загрохотал, подставки для книг загремели, зонтик раскрылся, и, наконец, кровать Чашека, которая до сего момента крепко стояла на четырёх ножках, вдруг выпрямилась, словно новичок-рядовой в день проверки, да настолько быстро, что Чашека выбросило из-под одеяла, и он полетел в другой конец комнаты...

– Вставай, вставай, ВСТАВАЙ! – завопил он. Его голос прогрохотал по комнате, скатился с лестницы и разнёсся по всем Чернильным островам, немало впечатлив соседей. Глазки семейства Картофель тут же открылись, у Кукурузы чуть зёрнышки с початков не облетели, а сестрицы Коровы (бедняжки, они всегда так ужасно нервничают) в этот день дали взбитые сливки вместо молока. А что Чашек? Чашек знай себе похрапывал. Это, конечно, никого не удивило – Чашек есть Чашек. Он просыпался, когда хотел, знаете ли, и хоть ты над ним звени, хоть стучи, хоть пихай, хоть толкай – ничего не поможет. Будильник вздохнул....

На Педору бросали разве что короткие взгляды. Её все хорошо знали: ещё котёнком её приставили к маленькой Фелиците. На всю жизнь. Но одну большую тайну, кроме неё, знала лишь одна особа. Педора поднималась по ступенькам, не обращая внимания на постоянный шелест крылышек. За окнами вдали виднелись красновато-золотистые холмы, между которыми она родилась. Кошачьи Горы. Дальше Педора побежала по кошачьим туннелям, проделанным в стенах замка, пока не достигла личного чертога королевы. Та встретила её улыбкой. – Я приказала кое-что для тебя приготовить, – сказала королева. Со своей худощавой фигурой, волосами по пояс и бледной кожей она напоминала изысканную стеклянную статую...

Но на самом-то деле проблема вовсе не в её знаниях. Фелицита вздохнула. А ещё у неё никак не получается правильно рассчитать силу чар. В чём же дело? Пунхи мяукнула и указала на цветы, обозначающие время. Теперь они испускали свежий фруктовый аромат. Пора спать. Эльфийка устроилась между парящими в воздухе подушками и одеялом и через несколько минут уснула. Педора вздохнула. Наконец-то! Её подопечная, целая и невредимая, лежит на подушках и набирается сил. Ещё несколько таких приключений – и Педоре самой понадобится отпуск и неделя непрерывного массажа. По крайней мере, тот землерой хорошо поработал...