Митя Некрасов

И в этих растянутых секундах судного дня микроб полковник Джумахунов, с выбитыми из строя органами чувств, отделался несерьезным вывихом плеча и растяжкой голени, уже совсем неизвестно как случившимися. И некоторое время он лежал или сидел, а может, просто зависал в бесчувственной темноте ослепительной ночи, а сознание его, эдакая маленькая необходимая плоти деталь, не имеющая конструктивно обозначенного места для крепления в организме, потихоньку выныривало, выгребало на поверхность, несмело щупая дорогу и смутно угадывая ориентиры, ведущие в реальность. Это длилось геологический период. И однажды Джумахунов ощутил себя выглядывающим из танкового люка...

Скрипов-Баженов снова начинал чувствовать превосходство над собой – гуманитарием – технически грамотных людей, как ранее на «Советском Союзе». А Колокололов тем временем добивал его окончательно. – Что им управлять-то? Он как граната, дернул кольцо – и все дела. Ты гранату-то метал? – А как же, – освежал память Баженов, – в училище проходили курс. – Вот видишь, – радовался Колокололов, – значит, что нам мешает? План действительно был грамотным. 50. Скороварка Все, что нахлынуло дальше, проследовало очень быстро. Вначале в кабине стало ярко. В белом, потустороннем свечении, словно при вспышке великанского...

А она валилась. И, может быть, на нее бы обратили внимание в конце концов, если бы она спланировала пониже, но она не спланировала. Там, в километровой выси, встроенный, очень хитро сотворенный датчик замкнул запланированную цепь. 49. Обновленные решения – Значит, так, – с воодушевлением и брызжущей слюной докладывал Маклай Колокололов. – Лучше и правильнее всего удрать на самолете. Он быстрый и способен достичь севера Австралии за полдня. Лучше всего взять вот эту громадину – «Б-29», он, наверно, и до Индонезии допрет, а там наши точно есть. – Правда? – загорался глазами лже-Скрипов. – А ты умеешь им управлять? – Нет, к сожалению, я ведь торпедист...

Местность с шестимильной высоты представляет из себя размытый, в цветных разводах, необозримый ковер, мелкие детали рельефа стирались, шевеления микробной мелюзги – бешено-опасные вблизи наскоки танковых полчищ – смотрелись отсюда статичными пылевыми облаками, подобными далеким звездным миражам. Над одной из таких пылевых туманностей, очутившейся в намеченных заранее координатах, и раскрылся бомбовый отсек. И пошла вниз, рассекая воздух… Нет, не кувыркаясь и не рыча стабилизаторами от резонанса со встречным потоком. Пыхнул, охватывая небо, большущий тормозной парашют, и замкнулась вселенная, отгораживаясь шелком от спокойствия высокой голубизны...

Он рассказывал превращенным в рабов людям о грядущих достижениях коммунизма: механизации, автоматизации, миниатюризации, телефонизации, а также газификации, кроме того, он частично упоминал о кибернетизации, гидролокации и рекламации. Иногда, устав, вспотев и куря изготовленные угнетенным пролетариатом и крестьянством Америки сигареты, оболваненные империалистами пленные ловили его речи растопыренно-напруженными ушами. – Что есть эта строящаяся взлетная полоса? – спрашивал их Баженов и тут же сам отвечал: – Есть она – жалкое подобие будущих взлетных полос мирового коммунизма. А что есть эти хваленые...

Разлагающее действие капиталистической среды все более сказывалось на окружающих лже-Скрипова людях. Теперь они не просто ели буржуазно-антиколхозно выработанный хлеб да курили империалистические сигареты, но и работали на западный милитаризм, выделяя пролетарский пот. С негодованием наблюдая происходящие с пленными перемены, Баженов часто обдумывал возможность организации тайного сопротивления американским агрессорам. Он планировал создание сети партизанских отрядов, делающих диверсии на железных дорогах, во дворце губернатора острова, а также совершающих нападение на американские гарнизоны с помощью захваченных танков и самоходных артиллерийских установок...

Цель находилась в радиусе действия тактической авиации, потому «Суперкрепость», помимо аналогичных машин, сопровождал солидный эскорт истребителей «Мустанг». Правда, «Б-29» не изменил своей сути, он был стратегической машиной, рассчитанной на тысячемильные броски, поэтому и сейчас, прежде чем встретить новых реактивных сопровождающих, он преодолел более полутора тысяч километров от Тасмании, облетая дальней стороной расплывчатую линию фронта – слишком ценен был его груз. Предусмотрительно взятые на борт специалисты в ходе полета привели плутониевую бомбу в полную боевую готовность, ибо, несмотря...

Затем, сквозь вату глухоты, Джумахунов различил ревущую мощную мелодию – сзади к нему приближались громадины «ИС-7». Полковник повернулся, желая любоваться ими в упор. Да, страна не забывала своих перебравшихся в Южное полушарие героев, лепила и лепила новые оружейные чудеса, опережающие время. Как стремительно они двигались, прямо-таки летели, над этой не знающей влаги землей. Шестьдесят восемь тонн вооружения и брони. Больше тысячи лошадиных сил мощи. Нет, всетаки будет преступлением не попытаться развить валящийся в руки успех, подумал Джумахунов. «ИС-7» в полтора раза быстроходнее покинутого им «третьего», можно успеть прихлопнуть дальнобойные батареи...

Тем более. Так вот, мне доложили – по линии политотдела, не НКВД, – что вы собираетесь лично принять участие в атаке. Не советую. Понятно, вы хотите поднять этим авторитет, но, извините, ставка слишком велика. Я понимаю, что можно получить пулю и находясь в тылу – как ваш предшественник, у которого машина попала под бомбовый налет, но повторюсь – техническая война середины века не место для показа примитивного героизма. Так он и послушал старшего начальника. Но это в прошлом, теперь остаткам первого эшелона нужно закреплять рубеж. Остаться здесь? Или снова понестись вперед со вторым эшелоном? Он глянул на часы...

С некоторых пор Маклай Колокололов вел тайные одиночные размышления о побеге в социалистическую действительность. Теперь же, найдя в лже-Скрипове сотоварища, столь преданного будущему счастью человечества, он решил несколько посвятить его в свои тайны. – Самое подходящее, – поучал он внимающего ему лжекапитана первого ранга, – это, конечно же, угнать подводную лодку. В отличие от надводного судна, она может ходить под водой. Вот если бы ваш линкор умел нырять, его бы нипочем не разрушили пушки американской эскадры. На подводной лодке мы сможем под шноркелем достичь Японии или еще каких-то мест и, кроме себя самих, подарить флоту еще и лишнюю боевую единицу...