Степан Райнгольд

Это практика, которой я обычно следовал, - беседовать в равной свободе с достойными людьми обеих сторон; и я никогда не без некоторого презрения наблюдал, как люди, полностью безработные, делают вид, что поступают иначе: я сомневался, может ли какой-либо человек быть так многим обязан той стороне, на которой он был, хотя он был ею удержан; но без какого-либо большого интереса, будь то владение или перспектива, я думал, что это признак низкого и узкого духа. Трудно, что в течение нескольких прошедших недель я был вынужден в свою защиту следовать процедуре, которую я так сильно осуждал в других...

Новое министерство, пришедшее к власти после падения способной администрации Годольфина в 1710 году, было знаменитым оксфордским министерством, возглавляемым Харли и Сент-Джоном. Новые лидеры прекрасно понимали, что им придется использовать все имеющиеся в их власти средства не только для того, чтобы оправдаться перед английской нацией, но и для того, чтобы успешно победить сильную оппозицию, которая своим вдохновляющим духом отличалась от такого человека, как Мальборо. Обращение к королеве Анне...

Для мужчины, получающего подобную услугу от неизвестной красавицы, естественно сразу же составить какое-то представление о ее личности, которое соответствует нашему мнению о наших собственных достоинствах, обычно настолько прекрасно и идеально, насколько может представить самое щедрое воображение. Сильно одержимый этими идеями, я перечитал статью Сильвии; и, несмотря на сдержанность, которую я проявил по этому вопросу, я решил пойти гораздо дальше, чем когда-либо, чтобы заявить о себе миру и, в частности, моей очаровательной корреспондентке...

Достоинство и отличие остроумных людей редко достаточно учитываются как ими самими, так и другими; их собственное поведение и обычаи, с которыми они сталкиваются, как правило, очень важны. В настоящее время у меня в руках алфавитный список кавалеров в этом городе четверо или пятеро из которых должным образом использовали свой гений, завоевав уважение лучших и величайших людей и обратив его себе на пользу в каком-то установлении своего состояния, хотя бы и неравного их заслугам; другие удовлетворяют...

Те низшие обязанности жизни, которые французы называют les petites morales, или меньшая мораль, у нас называются хорошими манерами[4] или воспитанием. Это я рассматриваю, в общем понимании, как своего рода искусственный здравый смысл, приспособленный к самым низким способностям и введенный, чтобы облегчить человечеству их торговлю друг с другом. Низкое и слабое понимание, без некоторых правил такого рода, постоянно блуждало бы в тысяче непристойностей и нарушений в поведении, и в их обычной беседе...