Иоанна Муштакова

Мы признали в представительном правительстве идеальный тип наиболее совершенного государственного устройства, к которому, как следствие, любая часть человечества лучше приспособлена пропорционально степени их общего совершенствования. По мере того как они будут опускаться все ниже и ниже в развитии, эта форма правления, вообще говоря, будет менее подходящей для них, хотя это не относится ко всем; ибо приспособление народа к представительному правлению зависит не столько от места, которое он занимает...

Теперь не может быть никаких сомнений в том, что пассивному типу характера благоприятствует правительство одного или нескольких, а активному типу самопомощи-правительство многих. Безответственные правители нуждаются в спокойствии управляемых больше, чем в какой-либо деятельности, кроме той, которую они могут заставить. Покорность предписаниям людей как необходимости природы-это урок, преподанный всеми правительствами тем, кто совершенно не участвует в них. Воле начальства и закону как воле начальства следует пассивно подчиняться...

Но с точки зрения моральной предпочтительности, на первый взгляд, есть место для сомнений. Я не имею в виду религиозное чувство, которое так обычно существовало в пользу пассивного характера, как более гармонирующее с подчинением, обусловленным божественной волей. Христианство, как и другие религии, воспитало это чувство; но это прерогатива христианства в отношении этого и многих других извращений, что оно способно отбросить их. Абстрагируясь от религиозных соображений, пассивный характер, который...

Первое утверждение—что каждый является единственным надежным защитником своих собственных прав и интересов—является одной из тех элементарных максим благоразумия, на которые каждый человек, способный вести свои собственные дела, неявно действует везде, где он сам заинтересован. Многие, действительно, испытывают большую неприязнь к ней как к политической доктрине и любят выставлять ее напоказ как доктрину вселенского эгоизма. На что мы можем ответить, что всякий раз, когда перестает быть правдой то,...

Таковы не просто естественные тенденции, но неотъемлемые потребности деспотического правления; от которых нет выхода, если только деспотизм не соглашается не быть деспотизмом; поскольку предполагаемый добрый деспот воздерживается от осуществления своей власти и, хотя и держит ее в резерве, позволяет общим делам правительства продолжаться так, как если бы народ действительно управлял собой. Как бы маловероятно это ни было, мы можем представить себе деспота, соблюдающего многие правила и ограничения конституционного правления...