Центр "Экзистенция"

Родственникам онкобольных: как себя вести Как себя вести, когда заболел дорогой человек? Или он борется с болезнью уже какое-то время и исход неясен. Или исход ясен, и он звучит как приговор. Есть два плана, два измерения: на первом есть конкретные действия: обследования, постановка диагноза, назначение лечения, лекарства, перестройка быта и режима с учетом процедур. Здесь очень важна поддержка близких людей и здесь более-менее понятно, что нужно делать. А есть область ежедневного взаимодействия, и вот тут часто бывает непонятно, что говорить, как говорить, как поддержать эмоционально. В этом посте поговорим про второе измерение. Болезнь близкого вызывает у членов семьи и друзей много разных чувств: сначала шок, потом страх. Может появиться желание отгородиться психологически, «не замечать» болезнь, особенно, если ее проявления незаметны — это чаще касается друзей; о болезни просто не говорят. Вину — за то, что я здоров, а ты нет. И иногда, как следствие, злость на больного, ведь на самом деле я не виноват, что ты заболел, а теперь я как будто должен тебе и твоей болезни отдать себя, забыв о себе. А ведь у онкобольного в ответ на наш страх, вину или стыдливое избегание темы возможной смерти тоже рождается много чувств. К своему страху, отчаянию, гневу на несправедливость жизни, тревоги за близких добавляются злость на невыдерживание ситуации нами, здоровыми, на возможно неуместные подбадривания или беспечное «Все будет хорошо, ты обязательно поправишься». Точно?! Ты что, Господь Бог, чтобы гарантировать мне выздоровление?! Или вот это «Держись». Легко держаться здоровому, понятно за что и ради чего. А больному за что держаться? Так как же себя вести тогда? Вопрос поведения и общения с заболевшим близким трансформируется в изменение отношения к этой ситуации. В свое личное мужество, честность и уважение к больному. И веру в его способность достойно проживать свое несчастье. И умение создать приют для любых чувств больного, выдерживать их. Эти основания подскажут, как вести себя в конкретной ситуации, помогут построить искренний и доверительный диалог на равных. Онкопсихолог Дмитрий Лицов выделяет следующие составляющие общения: • говорить с больным просто, честно, называть вещи своими именами; • способность видеть реальность такой, какая она есть; • помнить, что болезнь не отменяет жизни здесь и сейчас, находить поводы для радости; • быть способным к спонтанности; • быть способным выдерживать тревогу. Лицов здесь ссылается на философа Пауля Тиллиха, который сказал: «Невроз – это способ избегания небытия через избегание бытия.» • Иметь чувство юмора. Соединение напряжения с разрядкой дает свободу. Важно помнить, что, если близкий человек не хочет сам говорить о своей болезни или чувствах, не надо открывать ему глаза насильно и принуждать к разговору, стоит уважать его выбор. Кристина Звездина, экзистенциально-гуманистический психолог, клинический психолог

Тревога: нормальная и не очень Тревога за близких, за себя, за что-то в своей жизни – одна из частых причин обращения клиентов к психологу. Тревогу трудно выносить, еще сложнее ее терпеть долго, хочется побыстрее избавиться / справиться / расправиться с ней, чтобы наконец начать жить спокойно. Важный момент: следует отличать повышенную, неадекватную тревогу от волнения или так называемой «нормальной тревоги». Волнение присутствует в жизни любого человека как естественная реакция на стресс. Эволюционно мы должны реагировать на небезопасную ситуацию и уметь с ней справляться, иначе мы бы не выжили на сцене истории. Мы постоянно адаптируемся к меняющимся условиям и обстоятельствам жизни и учимся худо-бедно справляться с ними. И постепенно научаемся справляться все лучше. Так как же отличить одно от другого? Признаки нормальной тревоги: • она конкретна – касается какой-то одной сферы жизни и не затрагивает остальные; • ее интенсивность соответствует масштабу негативного события, и она уходит при благоприятном исходе (а не переключается на другую сферу); • нормальная тревога поддается контролю, не парализует человека в целом, дает возможность сосредоточиться на конкретных действиях по предотвращению или уменьшению негативного события; • адекватное волнение ограничено по времени и обычно длится часы или дни, но никак не месяцы. Но иногда происходит сбой, и реакция на стимул становится неадекватно сильной. Аварийная сирена и сигнал sos начинают включаться уже при мысли о возможном неблагоприятном исходе. И вот это истощает. Если тревога навязчива, затрагивает разные сферы жизни (тотальна), не поддается контролю, ее интенсивность высока даже при минимально неблагоприятной ситуации, длится более полугода или вызывает бессонницу, учащенное сердцебиение, панические атаки, позывы к рвоте, имеет смысл обратиться к психиатру. Визита к нему не стоит пугаться. Психиатр поможет разобраться, нужна ли медикаментозная поддержка или можно справиться с помощью психотерапии и, например, корректировки образа жизни. В свою очередь работа с психологом позволит исследовать причины тревоги. По мере совместного анализа разных сфер жизни клиента, его самоощущения меняется его представление о себе, появляется уверенность, понимание авторства своей жизни и, как следствие этих глубинных изменений, тревога начинает снижаться, а ее симптомы уходят. Кристина Звездина, экзистенциально-гуманистический психотерапевт, специалист центра «Экзистенция»