Правители России

476 год. Рим пал — так нам говорят учебники. Но если всё закончилось, тогда куда делись миллионы римлян? В 476 году нашей эры произошло событие, которое принято считать концом Великой Римской империи. Военачальник наёмников Одоакр заставил юного императора Ромула Августула отказаться от власти. С этого момента в учебниках начинается новая эпоха, а история Рима будто обрывается. Но главный вопрос обычно остаётся без ответа: что стало с самими римлянами? Привычное представление о том, что Рим просто исчез, не совсем верно...

Ночь была тихой, и потому детский плач прозвучал особенно резко. Григорий, стоя посреди комнаты с крошечным свёртком на руках, растерянно пытался укачать младенца. Он шептал, просил замолчать, оглядывался на дверь — казалось, даже стены могут услышать лишнее. Но девочка только сильнее заходилась плачем. На шум прибежала Маша. Увидев брата с ребёнком, она замерла. Вопрос, который она хотела задать, так и повис в воздухе. Ответа не последовало. В тот момент она ещё не знала, что держит в руках ребёнка, чьё происхождение будет обсуждаться столетиями...

«Всех мужчин перебили по приказу командира, а женщин отдали казакам». Такие слова звучат как сцена из фильма ужасов. Но это не вымысел — это реальность Гражданской войны. Когда рушится власть и страна делится на лагеря, жестокость быстро становится нормой. В России начала XX века это проявилось в полной мере. Красный и белый террор — понятия, которые сегодня известны практически каждому, кто хоть немного интересуется историей. Но за этими словами скрываются не только массовые репрессии, а и конкретные...

В высшем свете измена считалась пустяком. Для Суворова — предательством. И когда его жена переступила эту грань, он сделал выбор, который не приняли ни общество, ни власть. Более 200 лет назад в Англии один аристократ шокировал высший свет фразой: лучше владеть половиной прибыльного дела, чем целиком убыточным. Звучит логично, но произнёс это лорд Гамильтон — муж женщины, которая была любовницей адмирала Нельсона. Для европейской знати того времени подобные вещи считались почти нормой. Но Александр Суворов был человеком совсем другого склада...

Но самое тревожное в этой истории было не даже в компромате. Самое страшное — женщина, которая оказалась рядом с советским военным атташе, была не просто немкой. Она работала на Абвер. И в тот момент, когда это вскрылось, комкор Пуркаев уже понимал: дальше будет арест. По законам того времени подобная ситуация могла закончиться очень быстро и жёстко. В 1940 году «аморалка» для военного, тем более находящегося за границей, могла означать не только конец карьеры, но и тюремный срок. Особенно если в деле фигурировала иностранка, да ещё связанная с разведкой противника...