Наталья Кузнецова

Я стояла у плиты, мешала рассольник и думала про Зину. Зина третий день не берёт трубку. Я вчера звонила ей шесть раз. Шли длинные гудки, и с каждым я нервничала всё сильнее. Зина Кузнецова была моей подругой сорок лет. Мы сели за один стол в заводской столовой: она взяла горячее, а я, опоздав, успела схватить только компот. Зина молча подвинула мне свой хлеб с маслом, и всё, с тех пор не разлей вода. В апреле старый кирпичный дом на Ткацкой улице, где Зина прожила всю жизнь, расселили. Ей дали комнату в манёвренном фонде на другом конце города, пока оформляли документы на новую квартиру...

Чемодан стоял на антресолях так давно, что успел покрыться паутиной. Я полезла за дорожной сумкой. Через неделю ехать к сестре в Тулу, а сумка нормальная одна, и та где-то наверху, за коробками. Подставила табуретку, потянула чемодан за ручку, он поехал и чуть не сбил меня вместе с табуреткой. Пришлось обеими руками удерживать чемодан. Я открыла его прямо на полу в коридоре. Сумки там не было. Лежал старый плед, аккуратно сложенный Лёшей конвертиком. Под пледом я нашла толстую пачку конвертов в полиэтиленовом пакете, перевязанном аптечной резинкой...

– Баб, а мыться-то где? Матвей стоял в дверях ванной и показывал пальцем вниз. Я и без него знала, что он там увидел. В ванне у меня лежали помидоры слоем сантиметров в десять, и сверху я марлю накинула, чтобы не запылились. – Под краном на кухне ополоснись, – говорю. – Я их завтра перекручу. – Ты и вчера так сказала. Сказала, было дело. И позавчера сказала. А началось всё в марте, на подоконнике. Посеяла я, как всегда, три сорта: «Санька», «Бычье сердце» и «Дубрава». И взошло у меня в тот год всё до единого семечка, чего отродясь не бывало...

Бумаги лежали на кухонном столе, придавленные солонкой. На трёх листах мелким шрифтом был напечатан проект договора. Сверху мама положила синюю ручку с надкусанным колпачком. – Прочитай, Лена. Если согласна, Серёжа запишет вас к нотариусу, – буднично сказала мама. Я села напротив, придвинула к себе верхний лист и прочитала заголовок: «Договор дарения одной второй доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и одной второй доли в праве общей долевой собственности на земельный участок». – Мам, ты серьёзно? – А что тут несерьёзного? Серёже дом нужнее...