Татьяна Прохоренко

Хотя Фома Аквинский едва ли имел какое-либо представление об экономическом росте или о накоплении капитала, очевидно, что он утверждал человека как активного преобразователя своей жизни. Вместо ушедшего пассивного древнегреческого идеала, приспосабливавшегося к данным условиям или к требованиям полиса. Возможно, наиболее значительным вкладом св. Фомы являются не его высказывания по строго экономическим вопросам, а то, что он заложил основу, каркас экономической теории. Возрождая и развивая Аристотеля, Фома ввел в христианский мир и обосновал философию естественного права, философию, согласно которой человеческий разум способен усвоить основные истины Вселенной...

Это, конечно же, означало, что неактивные партнерства такого рода, такие как займы на конкретные морские плавания, сливаются с фактическими кредитами, и разделяющая их черта весьма расплывчата. Кроме того, и это стало проблемой, с которой в то время еще никто не сталкивался, не рисковал ли любой кредитор капиталом, если заемщик всегда мог оказаться не в состоянии погасить даже основную сумму кредита? Теперь Аквинат всем своим огромным авторитетом поддержал ту точку зрения, что societas были абсолютно законными и не являлись ростовщичеством. Он лаконично заявил, что инвестор денег не передает право...

Особо важным было краткое замечание Аквината о взаимной выгоде, которую каждый человек получает при обмене. Как он выразился в «Сумме», «купля-продажа, как мы полагаем, побуждается по взаимной выгоде обеих сторон, так как одному нужно что-то, что принадлежит другому, и наоборот». Основываясь на теории Аристотеля о деньгах, Фома Аквинский отметил их незаменимость в качестве средства обмена, «меры» выражения ценности и единицы счета. В отличие от Аристотеля Фома Аквинский не испугался мысли об изменяющейся на рынке ценности денег. Напротив, он осознал, что покупательная способность денег должна колебаться,...

К тому же, описывая это, св. Фома нисколько не осуждал деятельность купцов и получение ими прибыли, когда они покупали товары там, где они были в изобилии и дешевы, а затем транспортировали их и продавали там, где они были дороги. Ни одно из этих соображений не соответствует взгляду на справедливую цену как на цену, определяемую издержками. И, наконец, самое очаровательное и самое главное, Фома Аквинский в своей великой «Сумме» поднял вопрос, обсуждавшийся Цицероном. Купец, перевозящий зерно в голодающие области. Он знает, что скоро за ним последуют другие купцы, последуют новые поставки зерна...

К сожалению, в тексте «Комментария к “Этике”» Фома последовал за св. Альбертом в стремлении добавить к полезности, являющейся детерминантом меновой ценности, еще труд и затраты. Это послужило толчком для возникновения более поздней идеи о том, что св. Фома либо добавил к теории <ценности на основе> полезности Аристотеля теорию <ценности на основе> издержек (труд плюс расходы), либо даже заменил полезность теорией издержек. Некоторые комментаторы даже заявляли, что Фома Аквинский принял трудовую теорию ценности, и эти заявления увенчались печально известной и торжествующей сентенцией британского экономического историка XX в...