Андрей Луковкин

— Ну а я, — сказал Мак, — ты сам видел, что перед тем, как идти спать, я уже был в прекрасных отношениях с Перинеттой. — Ах, да! — ответил, улыбаясь, Сидуан. — Обычно трактирные служанки не слишком-то добродетельны, и мне показалось, что если я поскребусь в двери Перинетты, она не будет слишком ломаться и откроет мне. Ну, я поднялся и наощупь двинулся вперед, но тут услышал шум, голоса, крик женщины, звавшей на помощь, и спустился посмотреть, в чем дело. И увидел мадемуазель Сару, бившуюся в руках незнакомца. Я прыгнул на этого негодяя и обезоружил его, потом предложил руку девушке, отвел ее к носилкам и немного проводил...

— Сидуан, — сказал он, — ты запри хорошенько все двери, ладно? — Конечно, дядюшка. — Впрочем, я ненадолго. Туда и сразу обратно. — Да, и все-таки нам крупно повезло! — Одну минутку, — сказал Мак Жобу в ту минуту, когда тот уже собирался выйти, — вы забыли сообщить мне одну подробность, господин Жоб. — Слушаю вас, капитан Мак. — Как зовут эту знатную даму? — Донья Манча. — Где она живет? — На улице Арбр-Сек, в гостинице Рыцарского Креста. — Прекрасно. Завтра утром я вот прямо отсюда к ней и отправлюсь. И Мак снова положил серьгу в карман, а Жоб отправился в путь. Сидуан облокотился на стол. — И правда, капитан, вы — дамский угодник...

— И ты пойдешь спать, мой старый Жоб, — добавила Сара. — О, я составлю компанию храброму капитану и моему племяннику, — ответил Жоб. — Ты забываешь, друг мой, что ты всю прошлую ночь провел за работой. — Да, это верно, барышня. — И что тебе уже за семьдесят. — Ах, черт возьми, время-то как летит! Хорошо, барышня, коли вам так угодно, я пойду лягу; позвольте только чокнусь с этим достойным капитаном. Мак поклонился Жобу, а потом обратился к Саре: — Вы можете спать спокойно, когда капитан Мак стоит на часах… — … то мимо него сам дьявол не прошмыгнет! — закончил его мысль восторженный Сидуан. — Боже правый, мадемуазель, — продолжал Мак, — я с величайшей радостью умер бы за вас...

— Где он? Да здесь, в Париже… со мной… мы вчера вечером приехали… он, может быть, зайдет за мной сюда… — Сюда? — переспросила Сара, и на ее бледных щеках появился легкий румянец. — Ей-ей, я ему сказал, что иду навестить дядю… — Так значит, — сказал старый Жоб, — ты — денщик этого капитана? — Да, дядюшка. — Какого-то искателя приключений… — Жоб! — воскликнула с упреком Сара. — Ах, черт! Но ведь это не имя — Мак, а, барышня! — Это имя человека, который меня спас. — Ах, простите, барышня, — пробормотал старый Жоб. — я совсем голову потерял! Я и забыл про это. Славный, чудесный, превосходный капитан!...

— Ах, барышня, — возразил Жоб, — наверняка вы ошибаетесь… Но даже если и нет, я же здесь, с вами, ваш верный старый слуга! — Ах, да что же ты можешь против него? — Как что могу?! — воскликнул Жоб в воинственном негодовании. Он помолчал, а потом продолжил в комическом ужасе: — Ну, во-первых, я могу запереть лавку… — Прекрасно, запри поскорее. О, конечно, — продолжала девушка, по-прежнему трясясь от страха, — я не лягу спать, пока отец не вернется, но ты все равно запирай, все равно запирай. Старый Жоб шагнул к двери, но вдруг вскрикнул и отшатнулся. На пороге возник человек. Сара тоже вскрикнула от ужаса...