Betsujin

“Как странно, я обязан написать что-то самому себе? Да еще и так много. Какой в этом смысл…” - бубня под нос, нажимаю подробнее. /:После выхода из капсулы криоконсервации подопытные были подвержены сильному синдрому отмены, частичной амнезии и неприятию себя. Экспериментальным путем найден способ доказать пациенту, что это действительно он и быстрее вернуть ему воспоминания - оставить записку с подробным описанием последних дней перед криосном. Я облокотился на спинку стула, сложив руки за голову: “лор они, безспорно, прописали хорошо, но заставлять игрока реально катать эссе - это уже какой-то бред”...

Масаки, вчера я смог увидеть твою прекрасную школьную жизнь. Видя, что ты серьёзно относишься к занятиям, и видя, что ты и твои одноклассники, кажется, хорошо ладите, я испытываю облегчение. Из-за того, что мне надо было спешить на свою работу, мне жаль, что у меня не было возможности пойти домой вдвоём. Я сегодня поздно вернусь домой, так что я попрошу тебя приготовить ужин. На следующее утро после открытого урока, как раз когда я собирался написать ответ отцу, готовясь нажать клавишу «R», в моей голове вдруг появилось лицо Сакуры, и я невольно остановился. «Эндо такой милый». Сакура, кажется, и впрямь завидует мне...

В тронном зале стояла гробовая тишина, когда резкий звук распахнувшихся дверей нарушил её. Их распахнули 2 стражника, что быстрым шагом направились к трону. Они были с крыльями за спиной и с ног до головы полностью одеты по виду в очень прочные доспехи, но по какой-то причине их руки дрожали... Хотя больше всего глаз привлекал человек шедший между ними. На шеи у него красовался ошейник, а за спиной наручники, которые выглядели словно созданы из света. От ошейника и наручников шли цепи, которые держали 2 стража, казалось бы, что им может сделать скованный человек. Хотя был ли он человеком? Как бы то ни было их дрож не утихала...

По дороге домой я сел на волнорез и в изумлении смотрел на море. Луна плывёт по небу, отражаясь в чёрной воде, раскачиваясь, как яйцо пашот, разбитое на сковороде, причина, по которой мою голову занимают такие мысли, вероятно, кроется в том, что я голоден. Стоило мне подумать об этом, как у меня заурчало в животе, и я тут же запихнул себе в рот булочку с мясом, купленную в супермаркете. Океаном, который нарисовала Сакура, должно быть море города Аохама. Во всяком случае, здесь находятся пляжи, которые ближе всего к нашей школе, а размер тетраподовых глыб и ощущение пляжа точно такие же, как у моря перед моими глазами...

— ...Что происходит? — в голове у Альда оставался один и тот же вопрос, он же был в тронном зале бога. Его же казнили... Он ещё раз огляделся и убедился, он и вправду безобидно сидел под самым обычным деревом. Оно росло на поляне, а так же в паре метров от него было небольшое озеро. Альд в последний раз пощупав зеленую траву под самим собой, томно выдохнул и сказал -- Всё таки не сон... — может он переместился в другое тело? Но Альд чувствовал, что это он сам, но было в нём что-то не обычное. Всё же собрав силы и встав, он увидел то самое озерцо и подбежал к нему. Упав на колени, он стал рассматривать своё лицо...

Народная площадь имела превосходное географическое положение. Вокруг находился оживлённый торговый район. Если не стояла плохая погода, когда дул ветер и шёл дождь, вечером здесь гуляло особенно много горожан. Сегодня был День всех влюблённых. Мелькавшие повсюду пары возлюбленных так и слепили глаза одиночек. Народная площадь, конечно, тоже превратилась в отличное место для влюблённых, которые после романтического ужина приходили сюда. Площадь так и кишела людьми. Церемония открытия ведущего магазина Сэньцзи естественным образом привлекла внимание большого количества прохожих. А видео, проигрывавшееся...

Третий день китайского Нового года оказался особенно радостным для семейства Лу. Неожиданный визит Чэнь Фэйр улучшил праздничную атмосферу в этой семье, а Лу Сюэ так тем более не отлипала от своего кумира, не обращая внимания на упрёки Фан Юнь за то, что она так бесстыдно приставала. Ужин прошёл навеселе. Фан Юнь неустанно накладывала еду Чэнь Фэйр, проявляя неимоверное внимание. Такое поведение матери чуть ли не вызывало зависть у Лу Чэня и его сестёр. Чэнь Фэйр чувствовала себя очень неловко, но при этом не могла отказать. В её тарелке уже скопилась целая горка еды. Лу Чэнь стойко оберегал свою девушку, незаметно помогая ей уничтожать немало еды...

Когда я встал утром и пошёл в гостиную отец уже пил кофе. — Доброе. Отец исподтишка посмотрел на меня, как бы призывая меня к ответу, и после того, как я ответил ему своим равнодушным тоном, отец, как мне показалось, удовлетворённо кивнул головой, а потом перевёл взгляд на стол. Напротив стояла чашка кофе, к которой никто не прикасался, надо полагать, она для меня, да? Я сел на стул и перевёл дух, отец налил себе чашку кофе, быстро выпил её, а потом пробубнил себе под нос: «Ну ладно, мне пора идти на работу», после чего поспешно встал. Он даже не посмотрел на меня. — Повнимательнее на дороге. Я, как всегда, сказал это равнодушно, не провожая его...

Лу Чэнь никак не ожидал, что Чэнь Фэйр вдруг прибудет в Биньхай, чтобы с ним повидаться. Ради этого китайского Нового года поп-дива впервые за долгое время отказалась от всех приглашений, чтобы специально встретить Новый год у себя на родине. У таких суперзвёзд, как она, за весь год было немного времени на отдых, если, конечно, они не решались уйти в отставку, как Тань Хун. А если им удавалось отдохнуть во время новогодних праздников, то это было очень драгоценное для них время. Чувства к прекрасной деве стояли на первом месте. В груди Лу Чэня невольно запылал пожар. Он живо поехал на вокзал встречать девушку...

Медсестра, закончившая давать лекарства больным в палате, заметив в дверях Лу Чэня, с большим любопытством задала ему вопрос. Какой стильный красавчик! Стройный и высокий мужчина был вылитой моделью, даже солнцезащитные очки не могли скрыть его привлекательности. А с цветами в руках он невольно будоражил сердце медсестры, в её голове промелькнули сцены из каких-то молодёжных дорам. Лу Чэнь улыбнулся ей, сказав: «Я пришёл навестить учителя Е». Его голос оказался ни тихим, ни громким, но все в палате отчётливо расслышали его. Спорившие до белого каления люди вокруг койки невольно обернулись, взглянув на Лу Чэня...

«Оказывается, это силуэт дракона, а самое сильное место дракона - голова» - Лин Фенг тихо прошептал. «Центр головы дракона вон там!» - Цин Мэн Син указывала на одно направление. Драконье тело извивалось. Голова оказалась на границе с мирком императрицы Си. «Очень интересный мирок» - Лин Фенг сделал шаг и направился к пасти дракона. Там как раз была черная гора, в которой была пещера. Лин Фенг ощутил, невероятную демоническую Ци. Там была тьма. «Очевидно, демонический император культивировал здесь. Обычный человек не посмел бы войти» - говорила рядом стоящая Цин Мэн Син, и добавила с горькой улыбкой:...

Спокойная река стекала с западных гор провинции Чжэцзян и растягивалась на несколько сотен километров в сторону востока, пересекая Биньхай. Таким образом, этот уездный город, располагавшийся вдоль юго-восточной границы моря, делился на две большие части – Северный старый город и Южный новый район. Гран-отель Цзиньхао находился на побережье Южного нового района. Это 37-этажное здание являлось самым старым пятизвёздочным отелем в Биньхае и уже два раза реставрировалось. Сейчас отель по-прежнему был символом дорогостоящих и элитных мест в городе. Для Лу Чэня отель Цзиньхао вовсе не был незнакомым местом, наоборот, был очень родным местом...