Багет и блокнот. ОтСюда и Там.

Когда мой муж был маленький, он больше всего на свете боялся, что однажды перед ним явится Пресвятая Богородица. У всех детей бывают страхи: кто-то боится монстров под кроватью, кто-то приведений или ещё каких-нибудь нелепостей. У Брюно же было все серьезно. Мой муж вырос в католической семье и с младых ногтей питал особую слабость к житиям святых. Пока другие дети слушали сказки про рыцарей и драконов, маленький Брюно с увлечением внимал историям о мучениках, чудесах и небесных явлениях. И вот...

Однажды ранним солнечным утром я отправилась в префектуру — за очередным видом на жительство. Если бы я не страдала тяжёлой формой фобии административной волокиты, у меня, возможно, уже был бы французский паспорт, и я могла бы называть себя гражданкой Франции. Но ничего подобного у меня нет — здоровье мне дороже любых бумаг. Впрочем, и со статусом резидента я живу вполне неплохо. Правда, его приходится обновлять каждые десять лет. Когда я получила мой предыдущий вид на жительство, мне было 25 лет...

Какой родитель желает своим детям проблем и переживаний? Никакой. Какой эти трудности и переживания собственноручно создаёт? Все. Особенно самые любящие. Ладно, буду говорить о себе: я. Я, кажется, из тех родителей, которые создают своим детям психологические травмы. Работаю, так сказать, на опережение — чтобы потом было что обсудить с психотерапевтом. Я осознанно усложняю жизнь моих детей. Мне за это очень стыдно, но я правда не могу иначе. Хотите верьте, хотите нет (но лучше всё-таки поверьте, потому что мне и так стыдно, а тут хоть какое-то оправдание)...

Назвался груздем — полезай в кузов. Взялся играть по правилам социальных сетей — будь добр, играй до конца. Однажды я получила удивительно деликатное сообщение. Автор, явно обладая тонким чувством такта и почти дипломатическим талантом, поинтересовался: — А на какие, собственно, шиши?.. Далее, видимо, чтобы избавить меня от лишних раздумий, он любезно предложил список возможных источников этих самых «шишей». Список был коротким. Даже слишком. Первым пунктом значился богатый муж. Он же оказался и последним...

Самая любимая Марусина обувь — резиновые сапоги. Не «одна из», не «на случай дождя», а буквально универсальный ответ на любой жизненный вопрос. Куда бы она ни собиралась — в гости, в школу, в лес, в теоретически приличное общество — ноги сами, без участия мозга, оказываются именно в них. Никакие туфли и брендовые кроссовки не выдерживают конкуренции с этими сапогами. Простыми, слегка перекошенными, с характером и историей, которые достались ей не то от братьев, не то от соседей, не то от старших товарищей в школе, которые уже выросли и уехали в Париж — босиком, конечно...