Заметки капитана

Признаюсь честно, я давно не брался за перо. Рука не поднималась, слова будто разбегались, как осенние листья по ветру. Казалось, все самые важные истории остались там, за кормой, в туманной дымке прошлого. Но этим летом случилось нечто, что вернуло мне и жажду, и смелость. Мой старый друг, капитан сухогруза, бросил мне спасательный круг — позвал в рейс почти на целый месяц, из Омска в Красноярск. И я, отставной волк реки, почувствовав знакомую дрожь палубы под ногами, снова ожил. Первым нашим испытанием и благословением стал Иртыш...

Августовский вечер на Надымской Оби 35-й километр от устья, знакомая протока. После шторма вода успокоилась, и вечернее солнце золотило её поверхность. Мы с напарником шли на моторке вдоль острова — место это знали хорошо, но каждый раз оно преподносило сюрпризы. Решили попробовать удачу на нельму. Местные рыбаки шептали, что к закату она поднимается из глубин на охоту. В арсенале — целый набор блёсен: и проверенные годами, и модные новинки. Но главный козырь оказался неожиданным — несколько самоделок, которые мы на скорую руку сделали из...

Когда ты много лет работаешь в море, ты понимаешь одну простую вещь: чем тише идёшь — тем дальше будешь. Не потому что страшно, а потому что знаешь, чем заканчиваются резкие повороты на полном ходу. В ставках — та же история. Я не ставлю потому, что «хочется поиграть». Это не рулетка. Я ставлю тогда, когда вижу, что можно рассчитать. Да, я не математик и не супераналитик, но с опытом начинаешь чувствовать, где игра пахнет «низом», а где — только болельщики ждут фейерверка...

В Обской губе разгулялся шторм — мощный, затяжной, такой, что с хода не пойдёшь. Обычно он держится несколько дней, и торопиться смысла нет. Мы встали на якорь перед выходом на Надымский Бар, чтобы спокойно переждать непогоду. Делать было нечего: штормовой ветер за кормой, тишина в каютах, только моторка на привязи покачивается у борта. И тогда мы решили: почему бы не порыбачить? Август, вечер, тёплая протока Надымской Оби — идеальные условия, чтобы отвлечься от шторма и заодно попытать удачу. Мы...

Сейчас, когда лёд на реке прошёл, и суда вновь двинулись по воде, вспомнил я один случай, который произошёл в мою бытность на вооружении . Тогда на теплоход прибыло пополнение — три новых курсантов. И с ними случилась история, которой до сих пор смеются на флоте... Работал я тогда старпомом на теплоходе. Дело было в середине марта — навигация на носу, а мы вовсю стояли на слипе, приводили судно в порядок. Лёд на воде ещё кое-где держался, но солнце уже пригревало, пахло сырой краской и машинным маслом...

Друзья, всем привет! Давно не выходил на связь — с декабря был в отпуске. Нужно было немного выдохнуть, перезагрузиться и упорядочить мысли. С апреля возвращаюсь к публикациям. Как и раньше, буду делиться здесь правдивыми историями из жизни капитана корабля — всё, как есть, без приукрашивания. А между этими историями — немного размышлений о спорте. Сразу скажу: ставки я делаю только на бесплатных сайтах, никого не агитирую и не призываю повторять за мной. Просто делюсь своими мыслями, как болельщик и наблюдатель...

Морские суда — это не только океанские просторы, но и большое количество специалистов, которые начинают свою карьеру на реках. Почему же речники так ценятся на морских судах? Давайте разберемся, что делает их такими идеальными кандидатами. 1. Опыт работы в сложных условиях Речники работают в условиях, где постоянные изменения водных уровней, мелководья и сильные течения требуют высокой квалификации и умения принимать быстрые решения. Эти навыки и опыт делают их ценными сотрудниками на морских судах, где необходимо ориентироваться в непредсказуемых условиях...

Вы когда-нибудь задумывались, как корабли находят дорогу в бескрайних морских просторах? Одним из их главных помощников на протяжении веков остаётся судовой компас. Этот инструмент, работающий благодаря магнитному полю Земли, позволяет морякам уверенно прокладывать курс, даже когда за бортом нет ни одной видимой точки ориентира. Но как именно земной магнетизм влияет на работу компаса? Почему иногда он может показывать неверное направление? В этой статье мы разберём, как работает это природное явление, как оно связано с компасом и что может повлиять на его точность...

Мы выходили в Обскую губу под вечер. "СТ -...." – наш сухогрузный теплоход, груженный до отказа щебнем, привычно натужно урчал двигателями, уверенно рассекая волны. Погода начала портиться еще утром, но портовые службы не подавали сигналов тревоги: рейс был важен, груз ждали. Моряки всегда на чеку, но такая непогода все же была редкостью. К вечеру шторм набрал силу. Ветер северо-западного направления, с порывами сначала был около 30, а потом ближе к ночи до 45 метров в секунду, словно гигантской невидимой рукой толкал нас туда, где море становилось чернильно-черным...

Лето. Середина июля. Южная часть Карского моря. Наш сухогрузный теплоход стоял на якоре в ожидании, когда остатки ледяного поля растают и освободят путь на север. День выдался на редкость тёплым: за бортом было +26 градусов. Это место, где ожидался бы холод, казалось, обрело дыхание жизни и тепла. Солнце светило безжалостно ярко, и вода лежала, как гладь стекла, не тревожимая ни малейшей рябью, будто подлинное, невидимое спокойствие Арктики пробудилось в этот летний день. Я стоял на палубе, щурясь от блеска воды, и всматривался вдаль...

Конец августа. Я никогда не забуду ту ночь. Это была почти обычная ночная рыбалка, но ничто не предсказывало, что она закончится так. После обеда встали на якорь у восточного берега, где береговая линия была ещё достаточно дикой и малолюдной. Солнце, уже уставшее от дневной жары, начинало зажигать алые полосы на горизонте. Мы, как всегда, четверо — я, боцман Иваныч, матросы Костя и Володя. Рыбалка – дело простое, даже если ты не знаешь, что в ту ночь тебе придётся бороться за жизнь. Проплывали вдоль залива, ловили щекура и муксуна, кидали сети, спиннингом охотились на нельму...

Я стоял на мостике, глядя на бурное море, где осень разыгрывала свои последние карты. Глубокая осень, и тьма надвигалась быстрее, чем мы могли продвигаться вперед. Наш сухогруз, третий в караване из четырнадцати судов, напоминал мне раненого зверя, который не знает, как выжить в этом безжалостном океане. Переход от Сабетты до Надымского бара занял восемь долгих суток, полных тревог и ожиданий. С первых часов пути мы столкнулись с ледяным сопротивлением. Лед, пронзающий море, стал нашим злейшим врагом...