Приют отъявленного меломана

Если вспоминать дискотеки первой половины 90-х, у меня в голове прежде всего звучит зарубежная музыка. Там могли идти одна за другой 2 Unlimited, Dr. Alban, Snap!, Haddaway, Culture Beat, Ace of Base, Technotronic. Не без рок-медляков Whitesnake, Metallica, Scorpions и Kingdom Come... Мы тогда совершенно спокойно танцевали под музыку из Голландии, Германии, Швеции, США и ещё бог знает откуда. География никого особенно не интересовала. Главное, чтобы ритм был правильный. Но примерно раз в четыре-пять песен диджей ставил что-нибудь на русском языке...

Иногда полезно ненадолго впасть в детство. Не в том смысле, чтобы начать капризничать из-за манной каши или спорить, кому достанется место у окна. А просто позволить себе посмотреть что-нибудь совершенно несерьёзное и не искать в происходящем второго дна. У меня так случилось с фильмом «Джунгли зовут! В поисках Марсупилами». Кино наивное, местами откровенно детское, но именно этим и располагает. В какой-то момент там появляется I'm Alive Селин Дион — и дальше происходит такое, что пересказывать подробно не хочется...

Попробуйте собрать в одной комнате человек десять, чья молодость пришлась на 70–80-е, и спросить, какую западную музыку тогда действительно знали в СССР. Через несколько минут появятся Deep Purple, Uriah Heep, Smokie, ABBA, Boney M., Nazareth. Кто-нибудь обязательно добавит Pink Floyd, Sweet или Eagles, кто-нибудь возмутится отсутствием Led Zeppelin. Дальше начнутся поправки: «У нас это было ещё в 1976-м», «А мы такого вообще не слышали», «Да бросьте, эту группу знал каждый». Вот здесь и начинается самое интересное...

На Петровке, 38 Евгений Хавтан увидел на доске план Дворца культуры. Красные и синие стрелки, схема действий, всё серьёзно — словно предстояло брать хорошо вооружённую банду. Брали группу «Браво». Особенно грозным был репертуар. «Жёлтые ботинки». «Кошки». «Верю я». «Звёздный каталог». В марте 1984 года этого оказалось достаточно, чтобы музыкантами одновременно заинтересовались милиция и органы госбезопасности. Петровку волновали нелегальные концерты и деньги за билеты, Лубянку — идеологическая сторона происходящего...