Суслячьи будни

глядя на чаек, порхающих чаек, этих дивнейших чаек, упоительно белоснежных изумительной формы, удивительной ловкости, несравненной и дикой воздушности глядя на крылья, тончайшие, сильные крылья, что плещутся в воздухе морем на их острые клювы, что точно, что быстро, что ловко пронзают...

Слушать и мерить гирями. 2019 г. взято с моего личного канала: stihi.ru/avtor/filierista

Мне пять лет. Щекастая, неказистая, волосы локонами до поясницы, локти в веснушках. У бабушки – старый дом с резным петухом на крыше, а за ним поле, а за полем лес. В лесу водились змеи, и, когда мы бегали за водой к колодцу вглубь рощи, я подпрыгивала высоко-высоко, чтобы они не достали и не покусали мне лодыжки. Волосы пружинили и прыгали в такт. Бабушка – в косынке, потная, приземистая – смеялась трескуче, раскатисто, и ветер уносил смех к верхушкам деревьев, развешивая его обрывки на ветвях...

Когда мне исполнилось двенадцать, я решила, что вырасту и стану психологом. Со мной так часто делились проблемами, что переписка Вконтакте была похожа на стенограмму исповедальни. Мне легко было вывести людей на разговоры по душам, выслушать, дать советы. Найти подход, расположить к себе, принять секреты, поддержать. Помочь другим высказаться. Вердикт с высоты двенадцатилетнего жизненного опыта был однозначен: я гений доверительных коммуникаций. Кто же знал, что изливание души всем желающим — стандарт подростковых трагедий...

Не хватает веры в доброту людей? Лучшее средство от предубеждений и скептицизма — автостоп, без шуток. Да и просто путешествия, чем дальше от расписанной программы и ближе к людям, тем лучше. Вдруг оказывается, что маньяков-то не так уж и много. Да и люди отзывчивые. Более того, без еды, денег и крыши над головой — не пропадёшь. Никогда. Просто не оставят. А ещё приходит понимание, что каждый — личность. Ведь что в жизни? Ну, прохожие, ну, бабка какая-то ковыляет. Седеющий мужчина, грязная куртка, пакет в руках...