Evrinoma

Я совсем не боюсь, мне 28 лет, я хочу быть честной. Я всегда оставалась честной с тобой. Мой искренний восторг твоими талантами, отношением к жизни, моя Вера в тебя, в твой успех - я сознательно отдаю до сих пор часть своей энергии тебе. Когда я была уверена, что ты живёшь на другом конце земли, мне было легче распределить места в своём сердце, ты никогда не переставал быть в нем. Сейчас я удивляюсь какое у меня большое сердце. Я счастлива, что на протяжении стольких лет я храню в себе трепетное отношение к тебе, свои чувства, это так уникально. Помню множество моментов, которые заставляют до сих пор улыбаться - будь то игра в крестики-нолики или поездка в аква-парк...

Я всегда жду боль. Хороший признак роста, завершения или начала чего-то нового. Level up. Период стагнации пугает, но я не умею двигаться постепенно. Я абсолютно амплитудна, вверх - вниз, не суметь встать с пола и быть счастливой взахлёб, чтобы скулы болели от улыбки. Я ищу, я ныряю в человека, но не тыкаю палкой в его кота Шрёдингера...

Прежде я много писала тебе, мне необходимо было донести до тебя, доказать, что я могу/достойна/хочу. И не сейчас, а всегда была лучше/честнее/достойна. Отматывая события, я не нашла момент, когда мы все проебали. Но так многое очевидное стало очевидным мне.. мне всегда не нравилось одно обстоятельство - мне приходилось поступаться своими принципами, чтобы угодить, чтобы быть «удобной». То, что близко было тебе, неприемлемо для меня. Я ненавижу этот «перебор» - рук, людей, губ. Я не хочу употреблять алкоголь, лишь бы «вписаться» в компанию...

Я плохой игрок, делаю ставки не на тех. Ведь я выбрала мальчика, а не мужчину. С ним мы расстались одним только моим молчаливым ответом на его «мы должны быть вместе», в то время как с другим наши диалоги долго не заканчивались. В этом давно не было «нас», были «я» и «он», ложное благородство между нами. Чтобы мы остались классными для «остальных», них, других. Ведь он просил меня не злиться на него, ведь я просила быть счастливым с другими. Чтобы потом было что обсудить с «новыми». В отличие от Миранды я добровольно вошла в коллекцию...

Снова тянуло писать. Тчорт, я знала к чему это. Не осталось сладких фраз, остались только правда вперемешку с усталостью. Интересно, каков был бы твой ответ, мам, на мой вопрос «в какую сторону я изменилась, в худшую или лучшую?» Ты так и не определилась. Я не научилась смотреть людям в глаза, эти зеркала души умеют врать. Самыми честными для меня остались прикосновения и интонации. И, конечно же, мурашки.) Дозы не спасают и не волнуют, и я больше не просыпаюсь под его голос. Важно здесь и сейчас, и я потрачу каждую минуту для сохранения гармонии внутри. Как бы парадоксально не столкнулись внутри две идеи, близкие люди были и гарантом равновесия, и моей ядерной зимой...