Анна Песчанская

Через несколько дней Никифорович привез сундук с приданным. Сундук разрисован кованным медным металлом. Весь аж горел на солнце. А между полосами, на зеленом поле, нарисованы диковинные птицы и цветы. Костя встретил Никифоровича, провел в дом. Там его напоили чаем с пирогами. А они с Лукьяном занесли сундук и сразу пронесли его в комнату Кристины...

Пришел 1928 год. Январь. Самый холод. Крещение. В конце месяца Христина разрешилась дочкой. Черненькой, голубоглазой, очень красивой. О том, что у него родилась внучка, узнал и дед, Иван Иванович. Передал: - Пусть приедет Кристина, привезет внучку. А Кристина в ответ: - Нет, не поеду. Не признает моего мужа, ну и ладно...

Наступила пасха. Запряг Костя коней в сани и на третий день пасхи поехали похристосоваться до отца Христины. Теперь ее звали по-украински – Христиной. Подъехали к дому Христины, она выскочила из санок, забежала во двор, открыла ворота. Костя заехал во двор, стал разнуздывать коней. Тут вышел старый Никифорович из дома...

Кристина пришла домой, сразу не завела разговор, отец был строгий, да и в это время чем-то рассержен. Поговорила с мачехой. Мачеха появилась, когда ей было 14 лет. Но отношения у них были хорошие. Она посоветовала пока подождать. Вот уже полнедели прошло, скоро воскресенье. В четверг, после полудня Кристина подошла к отцу и сказала: - Тату, я хочу тебе что-то сказать...

Костя уже парубковал, но женить его еще никто не думал, да и он сам еще и не гулял толком с девками. Однажды собрались с ребятами уже зимой в 1926 году и поехали в соседнее село гулять до девчат. Тогда клубов не было. Договаривались хлопцы с какой-нибудь вдовицей, у которой хата побольше. Приносили дрова, керосин для ламп, да что-нибудь из продуктов, чаще крупу, муку, сало...