Простые рецепты

Когда твоя жизнь превращается в сплошной кошмар — нет работы, нет денег, даже на автобус не хватает — ты не ждёшь чудес. Ты просто пытаешься дожить до завтра. Но именно в такие моменты судьба любит устраивать встречи, которые переворачивают всё с ног на голову. Я встретила Игоря в тот день, когда хотела просто провалиться сквозь землю. И поверила, что наконец-то повезло. Я шла по заснеженной улице и ревела. Просто шла и плакала, не стесняясь прохожих, которые косились на меня с опаской. Пусть думают, что хотят...

Они делили шкуру неубитого медведя с таким азартом, что забыли спросить, собирается ли медведь умирать. История о том, как родная кровь превращается в водицу, когда на кону стоят элитные квадратные метры, и почему «квартирный вопрос» способен разрушить даже то, что казалось незыблемым. Я никогда не думала, что запах дорогих духов моего брата будет вызывать у меня рвотный рефлекс. Но сейчас, стоя в коридоре нашей обшарпанной «двушки», я чувствовала именно это. Вадим стоял на пороге, брезгливо морща нос, и стряхивал невидимые пылинки с кашемирового пальто...

Когда захлопнулась дверь за нашей единственной дочерью, уехавшей в новую жизнь, наш дом превратился в склеп. Мы с мужем стали чужими людьми, делящими одну жилплощадь и ненавидящими даже звук шагов друг друга. Я была уверена, что это конец, но судьба подбросила нам испытание, которое перевернуло всё с ног на голову. Я смотрела на широкую спину мужа и чувствовала, как внутри закипает глухая, тягучая злоба. Он просто сидел. Просто ел суп. Громко, с этим невыносимым хлюпаньем. — Ты можешь есть тише? — не выдержала я, швырнув полотенце на столешницу...

Казалось, что жизнь устоялась, как хорошее желе: работа в музее, надежный, хоть и вечно занятой муж, уютная квартира с видом на московские крыши. Но один случайный звонок и найденная в старой книге записка превращают размеренные будни в детективный квест, где главный приз — собственная жизнь, а главный злодей — тот, с кем ты делишь завтрак. — Вы с ума сошли? — закричала я в трубку, едва не уронив чашку с утренним кофе. — Какой еще долг? У моего мужа нет никаких долгов! — Это вы так думаете, деточка, — проскрипел на том конце провода голос, похожий на звук рвущегося картона...

Галина всю жизнь тянула лямку: сначала угождала капризному мужу, потом — неблагодарной дочери. Когда в её пустой квартире появился случайный мастер, она и не надеялась на чудо. Счастье было коротким, ярким и пахло дешевым табаком, а расплата за него оказалась страшнее одиночества. Я стояла в коридоре, сжимая в руке его рубашку. От воротничка разило не просто чужими духами, а наглостью. Сладкой, приторной, дорогой наглостью. — Галя, не начинай, — Олег лениво стягивал ботинки, даже не глядя на меня...

Я думала, что наш дом — это крепость, пока на пороге не появилась женщина, которую мой муж похоронил десять лет назад. В этот вечер я узнала, что мой идеальный брак — это всего лишь декорация для преступления, а под нашими ногами зарыты не только секреты, но и чья-то украденная жизнь.paste.txt​ — Убирайся, я сказал! Ты здесь никто и звать тебя никак! — Кирилл почти кричал, выталкивая женщину за дверь нашего особняка. — Я никто? А ты не забыл, на чьи деньги ты купил этот дом, сынок? Или напомнить,...

Иногда, чтобы понять, кто ты есть на самом деле, нужно потерять всё: связь, машину, статус и уверенность в завтрашнем дне. Елена Викторовна ехала закрывать нерентабельный фельдшерский пункт, а нашла то, что не вписывается ни в одну смету. — Ты идиот или прикидываешься?! — заорала я в трубку так, что, кажется, лобовое стекло «Лексуса» пошло рябью. — Мне плевать, что там штормовое предупреждение! Отчёт должен быть у меня на столе к восьми утра! Не можешь прислать пдфкой — вези сам, хоть на оленях! — Елена Викторовна, там трассу заметает, МЧС смски шлёт...

Марина была уверена, что у неё есть всё: любящий муж, процветающий бизнес и лучшая подруга, которую она считала сестрой. Но один роковой вечер перевернул её жизнь, оставив без копейки в кармане и крыши над головой. Ей предстоит пройти через унижения, нищету и отчаяние, чтобы понять: иногда, чтобы взлететь, нужно оттолкнуться от самого дна. И тогда пощады не будет никому. — Ты подпишешь это, или я за себя не ручаюсь! — Вадим швырнул папку на полированный стол так сильно, что хрустальный бокал с шампанским жалобно звякнул и опрокинулся...

Мы гадали не потому, что верили в чертовщину, а потому что в девяносто шестом году верить больше было не во что. Ни в страну, ни в мужчин, ни в то, что диплом филолога кого-то прокормит. Мы хотели чуда, а получили похмелье длиною в жизнь и одного мужика на троих, которого даже врагу не пожелаешь. — Ты либо лей, либо пей! У нас воска осталось на два плевка, а ты сидишь, медитируешь, как Будда под лопухом! — заорала Инка, выхватывая у меня турку. — Не ори, истеричка, — лениво отозвалась я, поправляя сползшую бретельку...

Я была уверена, что он завел любовницу. Классика жанра: задержки на работе, пароль на телефоне и пустой, бегающий взгляд. Я готовилась к разводу и разделу имущества, но правда оказалась куда страшнее и циничнее, чем банальная измена. В этой игре кукловодом оказался человек, которого я называла «мамой». — Ты опять задержался? Третий раз за неделю, Андрей! У нас, между прочим, годовщина знакомства, или ты забыл? — я стояла в коридоре, скрестив руки на груди, и буравила мужа взглядом. Андрей, обычно аккуратный и собранный, выглядел помятым...

Когда родители через суд отняли у меня Мишку, я сломалась. Выбежала во двор в халате, орала как безумная — и тут увидела соседа-колясочника Льва Семёныча. «Женитесь на мне», — выпалила я сквозь слёзы. Он кивнул. Через три часа мы расписались. А наутро пришёл нотариус и сказал: «Вы понимаете, что ваш муж владеет третью городских торговых центров?» Я проснулась от того, что кто-то ломился в дверь. Шесть утра. Темень за окном плотная, февральская, колючая. Я вскочила, накинула халат. Пальцы тряслись на завязках...

Иногда правда обрушивается на тебя не благородным ливнем, смывающим грязь, а помойным ведром, которое выплеснули прямо с балкона элитного особняка. И ты стоишь, обтекаешь, и единственное, что остается — это решить: утереться и уйти или поднять камень и бросить в ответ. — Ты уверена, что она ничего не заподозрит? Эта курица дальше своего носа не видит, но все-таки интуиция у баб иногда срабатывает, даже у таких блаженных, как моя невестка. — Ой, Зинаида Петровна, я вас умоляю! Надя? Заподозрит? Она же святая простота...