Одиночество за монитором

– Ты серьёзно? Продать бабушкину дачу? Да ты хоть понимаешь, что это не просто четыре стены и крыша? Это… это же наше семейное место. Место силы. Где мы все выходные проводили. Где ты в детстве на велике по тропинке гонял, а мы с отцом шашлыки жарили… – Тамара голос не повышала, но в нём звенело такое напряжение, что даже чайник на плите будто затих. – Мам, – Игорь стоял у окна, смотрел на серый двор, где под фонарём кружились редкие снежинки, и чувствовал, как внутри всё сжимается. – Нам с Ирой не хватает на первый взнос...

Даша застыла в проёме кухни, будто не могла сдвинуться с места. В груди всё сжалось, а в голове стучало: «Опять. Опять он решает за меня. И легко ставит перед фактом». — Ты серьёзно? — ее голос сорвался на хриплый шёпот, потом взлетел от отчаяния. — Ты дал маме обещание, даже не спросив меня? Просто взял и сказал, что она поживёт у нас?! Ваня застыл у холодильника, виновато сжимая и разжимая пальцы. Только что закончил разговор по телефону — и вот теперь Даша смотрела на него так, будто он не муж, а чужой человек, который ворвался в её квартиру и начал переставлять мебель...

Кирилл стоял у окна, смотрел, как по стеклу ползёт капля дождя, и думал: «Опять. Опять этот день, где всё вроде нормально на первый взгляд, а если приглядеться — как будто кто-то крутит ручку громкости тревоги». — Кир, ты слышишь? Сегодня Артём приезжает? Я не ошиблась? — Марина бросила фразу мимоходом, не отрываясь от сковородки. Её рука двигалась привычно, механически — будто она тысячу раз переворачивала эти оладьи, и сейчас делала это на автопилоте. Кирилл кивнул. Но не повернулся. Потому что если повернётся — она увидит, как у него дёргается уголок рта...

— Ты пошутил? Именно сейчас тебе нужно выпить? — Аня стояла у края стола, и голос её дрожал, но она старалась держать тон ровным, будто речь шла о чём-то будничном: о забытых ключах или пересоленном супе. — Мы только расписались, у нас банкет, люди ждут, родственники из Твери приехала, мама отпросилась с работы… А ты уже тянешься к бутылке, будто это самое главное, будто все эти люди — так, декорация. Максим повернулся к ней с пив.ной банкой в руке, и лицо у него было то самое, знакомое: чуть снисходительное, будто она говорила что-то очевидное, но не стоившее внимания...