Рассказы "Любовь и судьбы"

— Марина, список продуктов на холодильнике! Мясо, картошка, сметана, капуста. Я маме обещал, что мы с голубцами приедем в выходные. Не забудь! Денег кинул на карту. Костя чмокнул меня в щеку (дежурно, не глядя) и убежал на работу. Я посмотрела на список. "Говядина — 2 кг". "Свинина жирная — 1 кг". Меня затошнило. Физически. Я представила, как вечером буду стоять у мясорубки, выковыривая жилы. Как руки будут сальными. Как спина будет ныть. Мне 45. У меня хорошая фигура, которую никто не видит под домашним халатом...

— Женщина! Что вы делаете?! Моя жена, Аня, стояла под окнами нашего дома и плакала. В коляске надрывался от плача наш полугодовалый сын, Ванечка. Вся коляска — капюшон, одеяльце, даже лицо малыша — была покрыта слоем серой, вонючей пыли и ошметками грязи. С третьего этажа, с балкона, свешивалась тучная физиономия соседки, тети Любы. В руках она держала выбивалку для ковров. — Че орешь, истеричка? — лениво спросила она. — Вы зачем ковер трясете?! Мы же гуляем! Ребенку в глаза попало! — А мне плевать! — заявила Люба...

Двадцать лет прошло — мне до сих пор говорят, что я его котами убиваю Тётя мужа взяла у него трубку. Её голос. Недовольный. Раздражённый. — Мы спать ложимся. Не приходи. Муж положил телефон. Посмотрел на меня. — Ну вот. Опять не пускают. — Ты что, есть хотел? — Да. Думал, зайду к ним. Я посмотрела на него. Худой. Осунувшийся. Ветром шатает. — А почему ты к ним идёшь есть? — Ну... я же зарплату ей отдаю. — И что? — Она коммуналку за меня платит. А еду обещала покупать. Но говорит: «Кушать захочешь — приходи, накормим»...

Свекровь сидит на качелях во дворе. Раскачивается. И кричит молитвы. — Господи помилуй! Спаси меня от ведьмы! Защити от порчи! Вечер. Девять часов. Окна открыты. Весь двор слышит. Соседи выглядывают. Переглядываются. Молчат. Я стою у окна. Смотрю. Мужа рядом нет. Он на работе. Свекровь качается. Кричит молитвы. Смотрит на наши окна. На меня. Два года назад ей стукнуло восемьдесят семь. И она решила, что я делаю на неё поклады. Что я ведьма. Которая хочет её смерти. До этого мы двадцать лет жили совершенно спокойно...

Свекровь кричала мне в лицо. Красная. Трясущаяся. С пальцем, направленным в мою грудь. — Ты будешь мне подчиняться! Я хозяйка в этом доме! Я мать Серёжи! Ты — никто! Я стояла на пороге их квартиры. Только что вошла. Первый раз в гостях у родителей мужа после свадьбы. Пять минут назад я была невестой. Которую привели знакомиться. Теперь я была врагом. За окном сентябрь две тысячи двадцатого года. Мне двадцать четыре года. Муж привёз меня к родителям. «Познакомься с мамой». Я думала, это будет чай...