Железнов Валерий. Писатель.

И вот я решилась. Я поеду в город богов Теотиуакан и верну спрятанного божка на то место, с которого началась не моя жизнь. Сеньор Лухерия встретил меня в аэропорту. Всё такой же весёлый и жизнерадостный, но сильно раздобревший, он, к удивлению, сразу же узнал меня в толпе пассажиров. Элегантно поцеловав руку, заявил, что я совсем не изменилась, а потом бесцеремонно сгрёб меня в объятия и расцеловал в обе щёки. Я ещё заранее рассказала ему о своей просьбе в письме, и он любезно согласился мне помочь...

Жизнь свела меня с человеком тонкого ума и невыразимого обаяния. Как-то очень быстро мы поняли, что созданы друг для друга, и наша дружба разгорелась в пылкую любовь. Я вновь летала на крыльях, как в юности. Ради него я готова была забросить высокую должность и прекрасные служебные перспективы. Но один случай заставил меня вновь задуматься о превратностях судьбы. Никогда я не верила астрологам и гадалкам, а тут решила попробовать. Но когда я слушала их, волосы у меня на голове становились дыбом от мистического страха...

Экспедиция закончилась, и за всё оставшееся время со мной больше не приключилось ничего, что хоть как-то могло заслуживать внимания. Про свою тайну я стала постепенно забывать и, в конце концов, считала всё произошедшее то ли сном, то ли бредом. Домой мы вернулись к осени. Несмотря на срыв графика полевых исследований, результаты экспедиции превзошли даже самые смелые ожидания. Все теории моего отца блестяще подтвердились археологическими находками. И кроме этого было сделано ещё несколько неожиданных открытий...

Однажды я несла в коробке груду обломков, чтобы как всегда разложить находки на брезенте. И вдруг совершенно неожиданно в проёме двери одного из раскопанных домов блеснул тоненький голубой лучик. Это место давно уже зачистили, и там ничего не должно было быть. Я оставила коробку у входа, а сама вошла в дом без крыши и приблизилась к тому месту, откуда блеснул лучик. В стене напротив входа ясно было видно углубление, а камень, закрывавший эту нишу выпал и лежал рядом. В толстом слое пыли стояла маленькая фигурка, лишь отдалённо напоминавшая толстого человечка...

Проснулась я уже утром в папиной палатке. Никого рядом не было. Около раскладушки стоял деревянный ящик, на котором лежала моя одежда и завтрак под платочком. Я поднялась с постели и заглянула под платочек. Мой завтрак состоял из большого стакана сока и печенья. Когда завтрак был мною проглочен с необычайной живостью, я огляделась в поисках умывальника. К моей великой радости умывальника не обнаружилось. "Вот здорово, - возликовала я мысленно, - никто меня не заставляет умываться и чистить зубы!" Опасение, что умывальник может находиться снаружи, к счастью, не оправдалось...

(основано на реальных событиях) И вот я снова в Мексике. Кто бы мог подумать, что я вернусь сюда спустя сорок лет. Ещё сорок восемь километров на северо-восток от Мехико, и я у цели своего вынужденного путешествия. Вынужденного потому, что нет сил больше терпеть, осознавая безысходность. Необходимо во что бы то ни стало прервать эту череду трагических событий, происходящих со мной на протяжении всей жизни. Сейчас у меня осталась лишь последняя надежда. И если ничего не получится, то и жить мне далее ни к чему...

Начните сначала. - Николенька, помоги мне, - раздался голосок той беременной «матрёшки». «Николенька, - повторила я мысленно, и вдруг меня словно ошпарило кипятком, - Николенька?! Николь!». Так вот это кто! Вот это да! Вот так сюрприз из прошлого! Теперь красотка с собачкой меня уже больше не интересовала, всё моё внимание было приковано к купе в другом конце вагона. Я уже бесповоротно была уверена, что не ошибаюсь. Это именно Николай. Подойти к нему оказалось не сложно. Он в очередной раз провожал свою супругу в туалет, и остался на посту рядом с дверью...

Николай иногда напоминал о себе мэйлами, присылал фотки, и всегда подписывался «Николь». Его модный дом отправился на фестиваль высокой моды, а потом было турне по Европе с шоу-показами. Я усиленно готовилась к защите дипломной работы и мало внимания уделяла Веронике, за что в итоге и поплатилась. А возможно, это произошло и без моего участия. Как-то летом она не ночевала дома, отзвонившись по телефону, ничего точно не объяснив. А на следующий день во всём мне призналась. Присела передо мной, стала виновато целовать руки и рассказывать всё подробно...

Через три дня Николь поправилась, и мы решили устроить пышную вечеринку, так сказать, выпускной вечер, по случаю окончания обучения Николь. Пригласили друзей, я притащила нескольких однокурсников, накупили всякой вкуснятины, цветов, и ударились в безудержное веселье. Праздник удался на славу. Не знаю, кто как, а я совершенно не помню, как расходились гости. Очнулась я на диване в гостиной с больной головой и страшной засухой во рту. Раздеться, по всей видимости, уже не было сил потому, что даже один туфель остался на ноге...

Начинать читать надо здесь. - А когда ей рожать? - Отпуск скоро заканчивается, так что дня через два, чтобы к выходу на работу Коля был в норме, - успокоившись, объясняла Вероника. - Я вижу, ты, как всегда, всё уже продумала и приготовила. В назначенный день мы все отправились за город на дачу. Маленький, но уютный домик располагался в малонаселённом садовом товариществе среди соснового леса. Вероника купила его по случаю меньше года назад. Летом мы там прекрасно проводили время. В доме можно было жить и зимой, но из-за меня пришлось вернуться в город...

Первая часть здесь. - Ну и мордочки у вас, девочки, - сквозь слёзы улыбнулась Николь. - У тебя не лучше, - отыграла я шутливо. На лице Вероники тоже растягивалась улыбка. В этот вечер мы всё же поужинали. Слёзы высохли, страсти утихли, встрёпанные чувства приходили в норму. Мы, не сговариваясь, старались не упоминать о произошедшем сегодня. Завалились на диван и дружно смотрели мультики. Николь решительно отказалась прекращать свою беременность. До конца отпуска Николаю осталось две с половиной недели, а это означало, что у «роженицы» скоро будут роды...

Начало. Вероника опять проявила свои волшебные способности. Она вновь придумывала приспособления и доставала соответствующие препараты. В первые дни Николь чувствовала радость, она была просто счастлива. Радовалась всему, целовала нас без всякого повода. Потом обострился аппетит и обоняние, но изменился вкус. Она набрасывалась на всё солёное, но любимые пирожные вызывали отвращение. Запах цветов раздражал её, и их пришлось убрать из комнаты. Пока не начал вырастать животик, Вероника предложила ей прервать беременность...