Жить вкусно

Молодые проводили мать и оба вздохнули свободно. - Паша, хоть два дня да наши. Не сердись на меня, но я честно тебе скажу, что дышать мне тяжело, когда мы со свекровью остаемся один на один. Мне кажется, что она из меня все силы вытягивает. А вот сейчас ушла и так легко дышится. Анна оборвала сама себя. Чего она говорит-то. Ведь Клавдия мать ее Пашки. Он ее любит. Еще и неизвестно, кого больше, мать или ее, Анну. Она испуганно глянула на мужа. Вдруг обиделся. Но тот может не обратил внимания на то, что сказала Анна или сделал вид, что не расслышал...

Вечером Клавдия объявила за ужином, что завтра а город поедет. Она еще днем начала собираться. Припасла чистую одежду, принесла из чулана бостоновый пиджачок, который надевала только по великим праздникам, боялась, как бы не замарать. У нее сердце коробом вело от того, что придется ехать в нем. Уж больно жалко. Вещь то дорогая. Просто не было больше подходящей одежды. Теплая кофта вся замусолена, стыдно в такой в городе появляться. Примут еще за нищенку. Всесезонная фуфайка, в которой ходила и зимой, и летом была почти новая, только вот как-то вроде стыдно в ней по городу ходить...

Анна проснулась утром рано, поднялась, выглянула в окошко. Улица будто умылась за ночь. Даже листья на деревьях зеленее стали. На кухне было тихо. Клавдия не гремела ухватами. Видно в огород вышла, проверить, не наделал ли дождь беды там. Вон какой хлестал. Видно так и было. Вскоре скрипнула дверь и вернулась Клавдия. Сперва что-то бурчала про себя у печи, а потом не выдержала. - Паш, все бы вам спать. Никакой заботушки нету на осырок поглядеть. Дождище-то лил какой. Как не поглядеть, что там делается...

Лето катилось под горку, как колесо от телеги. Августовское солнце еще не сдавалось. Стояли жаркие деньки. Но жара эта была другая, мягкая, не обжигающая. В такую жару уже не хотелось бежать на речку купаться, хотелось просто подставить лицо солнышку и принимать его тепло. Анна заканчивала красить рамы в своем классе и радовалась теплому дню. В класс зашли Марья Васильевна и Елена Петровна. - Ну и молодец ты, Анна Дмитриевна. Как ловко у тебя получается и стекла краской не измазала. Наша-то пора прошла...

Побежали летние деньки, один за другим. Анна привыкала к новой жизни. Удивлялась, что даже к любимому Пашке приходилось привыкать да приноравливаться. Она-то думала, что все про него знает, ан нет, оказывается. Постепенно, изо дня в день, она узнавала, что любит Пашка на завтрак, какую кашу ест с аппетитом, а от какой нос воротит, но все равно ест, деваться некуда, что сварили то и ешь, когда спать ложится, на каком боку любит спать. Да разве перечислишь все мелочи, которые пришлось узнавать молодой жене в доме мужа...