Рыбалка Лучший отдых

Жена опять будет ворчать. На кухне пахнет чесноком, хотя ужин я не готовил. На разделочной доске — крошки. В хлебнице пусто. Я засовываю в рюкзак полиэтиленовый пакет с чем-то, похожим на plastilin, и тихо выскальзываю за дверь. Буханка белого хлеба — вот мой билет на карповую рыбалку. И да, я не беру прикормку. Ни грамма. Ни покупных бойлов, ни «специальных» пеллетсов. Только хлеб, чеснок и руки. Почему? Потому что июньский карп сыт, осторожен и пуглив. Он видел уже всё: и цветные пенопластовые шарики, и тонущие кукурузяные гирлянды...

Я стоял на мосту и смотрел в воду. Июньское солнце пробивало толщу на три метра. Стая лещей — не подлещиков, а настоящих, с бронзовыми боками — висела вполводы и лениво шевелила плавниками. Они не кормились. Они спали с открытыми глазами. Я перепробовал всё: фидер, поплавочку, даже подпускал опарыша прямо им под нос. Ноль. Сзади затарахтел мотор. Уазик-«буханка» цвета хаки лихо съехал на песок. Из окна высунулся загорелый до черноты дед в выцветшей панаме. «Мучаешься, студент?» — крикнул он вместо приветствия...

Первая поклёвка случилась через три минуты после заброса. Поплавок не дрогнул — он просто лёг набок и стремительно ушёл под кувшинку. Я подсёк. Удилище согнулось в дугу. Золотой лапоть грамм на семьсот тяжело заходил на леске, разгоняя мальков. Сосед, который полчаса безуспешно кормил рыбу манкой, выронил бутерброд. Через час у меня в садке сидело шесть карасей. У соседа — ноль. Он подошёл, закурил и спросил в лоб: «На что?» Я протянул ему горсть зерён. Кукуруза. Обычная кукуруза. Но от неё пахло хлебом, дрожжами и чем-то неуловимо кислым...

Июнь. Полдень. Пекло. Поплавки стоят как вкопанные, спиннингисты вытирают пот и матерят жару. На моём берегу — классическая картина летней безнадёги. Три фидериста сидят уже четвертый час. У каждого — по паре мелких подлещиков и нервное похрустывание пальцами. Я приехал позже всех, разложился в сторонке. Через час мужики уже не рыбачили — они смотрели, как я вытаскиваю одного леща за другим. Ведро. Полное ведро отборной, скользкой, пахнущей рекой рыбы. Они спросили: «На что ловишь?» Я честно ответил: «Прикормка та же, что у вас...

Пахло из ведра. Да так, что я сначала подумал — дед протух. Стоит старый у своей «Нивы», мешает что-то в пластиковой баночке, и по всему берегу разносится кисломолочный дух. Я подошёл поближе. В банке — белая кашица. Не тесто, не манка. Дед отщипнул кусочек, скатал шарик, нацепил на крючок и закинул поплавочку. Через пять минут он вытащил карася. Килограмм живого веса, золотой, как царский червонец. Я в тот день поймал двух «спортсменов» с мизинец. Дед — десяток ладошников. Я не успокоился, пока не выпытал рецепт...