Канал начинающего интроверта

Радоваться жизни? Казалось бы, такое простое и вместе с тем сложное умение. Мы разучились радоваться каждому дню. Нас постоянно что-то должно отвлекать и развлекать: новости, клипы, сериалы, сплетни. Мы разучились быть наедине с собой, и когда это происходит - мы пугаемся. Чего? Внутренней пустоты? Невозможности сразу же, не отступая ни минуты, прилипнуть к очередной картинке на экране? Вместе с очевидным плюсом - времяпрепровождение, копятся и минусы - отложенная депрессия, уныние, непонимание смысла жизни. Между тем собственное "я" тоже может быть прекрасным собеседником. Это знают все, кто пытался вести дневник. Мой отец вел дневник до самой смерти, он его поддерживал, словно незримый друг, который подает руку, не позволяя упасть. Для чего оставаться с самим собой? Для проявления нравственных ориентиров, наведения мостов из прошлого в настоящее: тогда сама жизнь наша не будет казаться нелепой чередой событий, а обретет известный смысл. Прояснится нелинейный накопительный эффект. И человек уже не будет утверждать, что когда-то случайно свернул не туда. В этом мире не бывает случайностей, бывают только реализованные возможности, которые, одна за другой, подталкивает бытие именно к текущему развитию событий. Чаще будьте наедине с собой. Ответьте на самые мрачные, самые насущные свои вопросы. И, быть может, именно после этого, хотя бы на час, на миг, вы ощутите странную гордость от успешно сделанного дела, от вовремя оказанной помощи, да просто от улыбки, которой вы поделились с ближним.

На море снег. В горах рассветы. Морозный воздух. И ракеты. Как в сказках воздух бороздят. Над облаком. Над светофором. Над еле слышным разговором. О том, как скрасить свой досуг. Неторопливо смерть несут. Ещё невиданным узором. расчертят небо. упадут. И рухнут скалы под напором. Но остановятся поля. Дома. Дороги и машины. Сады. Курорты. Магазины. И люди, жившие, замрут. Застынут, словно в древней сказке. На миг. Или на много лет. Так, словно будущего нет. И рядом плавится земля. И ужас отразился в лицах. Но паутина на ресницах. И пыль на отсветах огня