блокнот мужика

Я никогда не сажусь в автобусах. Сидеть в присутствии стоящих женщин мне неловко, а уступать им не люблю, потому что не все нормально на это реагируют. Женщины странные. Автобус забит, стоять негде, ты встаешь, уступаешь ей место, а она не садится. Чем она руководствуется? И ты, в итоге, оказываешься в идиотской ситуации. Ты уже встал, и садиться обратно не хочется. Ты остаешься стоять. В итоге, на твое место садится какая-то другая женщина - это в лучшем случае, а в худшем - мужик. За мужиков мне стыдно. Нет, не так. Мне стыдно, что я тоже мужик, когда я вижу, как в переполненном автобусе сидит...

Она приземлилась рядом с кафе и вошла внутрь. День был прохладный, она заказала капучино и чизкейк, села у окна и стала смотреть на улицу, ожидая заказ. Он восхищался ее крыльями. Это были прекрасные большие и легкие крылья. Они казались ему самыми красивыми на свете. - Простите. Вы не будете против, если я посижу с вами? – он подошел к ее столику. - Садитесь, я не против, - сказала она и улыбнулась. Сколько-то они молчали и смотрели в окно. - Летали? – спросил он. - Да, летала, - ответила она. - И как там? - Холодно. Холоднее, чем на земле, но, все равно, здорово, - через окно она посмотрела на небо и улыбнулась...

Забор ставил его отец лет пятнадцать назад. С тех пор доски почернели, некоторые совсем сгнили, гвозди заржавели, вылезли из отверстий и торчали наружу. Он помнил, как отец ставил забор, но не помнил, чтобы он ему помогал. Он вообще не помнил, чтобы он что-то делал вместе с отцом. Когда ему было лет пять они еще играли вместе, потом он пошел в школу, и после этого – никаких воспоминаний о совместных делах с отцом. Он взял гвоздодер, завел под отошедшую от прожилины штакетину, надавил, и она упала на землю. Он взял новую штакетину, чтобы поставить ее на место старой. Прижав ее к каркасу, он приставил гвоздь и поднял молоток, но остановился...

- Ждали? Да? Что ж, ладно, спасибо, - пожилой мужчина сначала удивился, потом грустно улыбнулся и прошел внутрь. Следующим был грузный мужчина лет пятидесяти. Он был очень полным. - Что ж вы так, уважаемый? - Да ладно! Чего уж сейчас говорить, тоску нагонять? – полный о чем-то ненадолго задумался, а потом смело шагнул в дверь. - Женщина, женщина, не стоит так убиваться! Так только больнее сделаете и себе, и им! Женщина рыдала и оглядывалась назад. - Проходите, проходите, все будет хорошо, не плачьте. Женщина вошла внутрь. К дверям подошли старик со старушкой. Оба были с палочками, она держала его под руку и шла чуть впереди, потому что лучше видела...

Утро было солнечным и холодным, как бывает в сентябре. Он отвел детей в детский сад и успел на один из первых автобусов. До начала рабочего дня оставалось еще минут сорок. - Доброе утро! – на охране сидел знакомый, добродушный немолодой мужчина, один из таких, которым очень идет быть охранниками. - Доброе! В офисе еще никого не было. Подходя к двери, он смотрел на пустые рабочие места сквозь прозрачные стены. Взгляд остановился на ее столе. Он открыл дверь и пошел к себе. Проходя мимо ее стола, он остановился и стал рассматривать то, что было на нем. Бумаги были сложены аккуратной стопочкой,...