НАВИГАЦИЯ ПО КАНАЛУ Рыцари ордена Кровавой розы или путешествие в мир Холодных ветров "Я - еда?!" или удивительные события из жизни Пончика Люды Волшебный лес. Сказка да и только Колдовство Загадка старого храма или авантюра чистой воды Высокие кедры Сибири Безумный Новый год или верни мне молодость, Дед Мороз! Удивительное путешествие или вы такого и не ждали Глубокое озеро Чар 1 Сватья для темного эльфа Двери в преисподнюю Страшные сказки седой луны Пасха в Лукошкино Темное притяжение Луна из Ада. Маргул Женщина за тридцать Волшебство сентябрьских листьев Лепрекон за углом Туман Браслет для чокнутых Букет васильков на черном пороге Тайна старого капища Майский ливень в чертовом овраге Мандарины для нечистой силы Жаба, три блина или любовь на масленицу Ведьмино озеро Волшебные пески Египта Затерянная во времени Моя русская махарани Кровавый мед Страшное наследство Аромат яблок из кладбищенского сада Морозко или бруталы в шубах Я, гадалка и бородатый рыцарь Рождество или черт под елкой Игры голодных Невеста палача Темное Рождество Чудовище из тьмы Ловушка на психа Верность волка Звери Хищники То, что приходит вместе с луной Черный всадник Шизанутая Белоснежка и говорящий кот Любовь и остальные неприятности Заклятье луны Хозяева пустыни Ужас из-под земли Огненный змей Три черные розы и дом на холме Там, на неведомых дорожках Малиновый компот Кровавые ягоды калины Глубокое зеро Чар. Лобо Негро 3
Нюша Порохня(Анна Лерн)
Яга. Битва за семью.
ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ ЗА ЗАДЕРЖКУ. ВРЕМЕНА ТАКИЕ. Конец сентября держал лес в своих прохладных, но ещё не ледяных объятиях. Листья уже не горели буйным августовским золотом, а стали мягче: охристыми, медными, тёмно‑янтарными, будто кто‑то пролил по кронам тёплый воск и дал ему застыть. Тропа была усыпана ковром из опавшей листвы: она тихо шуршала под ногами, будто это сам лес шептал какие‑то добрые, старые сказки. Пахло влажной землёй, грибами и едва уловимой горечью - той самой, что появляется, когда дни становятся короче, а ночи длиннее...
Травничество на крови. Эпилог
Мы остались жить в деревне - и именно здесь, нашли своё тихое, настоящее счастье. Я вышла замуж за Еремея. И мы часто сидели вечерами рядышком на крыльце, слушая, как в траве стрекочут кузнечики. У нас родились две дочки и естественно переняли наши силы. Еремей учил их, как пользоваться этим даром, чтобы он не стал для девочек неожиданностью, как для нас Гликерией. Подруга стала женой Василия. У них родилось двое сыновей - оба шумные, быстрые, как летние грозы. С такими талантами в травничестве, что даже их отец и дядя изумлялись...
Травничество на крови. глава 55
Едва удерживая на себе вес братьев, мы шаг за шагом приближались к дому. Оказалось, что у Василия сломана нога, а у Еремея несколько рёбер. Когда наша компания, наконец, подошла ко двору, небо над деревней словно сбросило с себя свинцовую мантию. Тучи, ещё недавно клубившиеся грозными валами, растаяли без следа, будто их и не было. Дождь прекратился так внезапно, будто кто‑то наверху резко опустил невидимый заслон. И тут же, будто в награду за все пережитые страхи, из‑за края леса выкатилось солнце - тёплое, золотистое, щедрое...
Травничество на крови. глава 54
Тьма хлынула волной, будто весь ад бросился на братьев клочьями зловонного мрака. И мужчины встали спина к спине посреди этого хаоса. Василий первым встретил нечисть: из тумана выпрыгнула когтистая тварь и бросилась на колдуна. Топор взметнулся и прозрачное лезвие вспыхнуло. Удар пришёлся по хребту твари - и та рассыпалась, превратившись в лужицы, которые зашипели, словно капли воды на раскалённом железе. - Не стой на месте! - крикнул Василий Еремею, а нечисть продолжала сыпаться из воронки, что всё так же кружилась над деревней, выдыхая мрак...
Невероятные приключения наших женщин)
Аслан-бек медленно открыл глаза и недоуменно нахмурился, прислушиваясь к визгливому «C'est inacceptable!»*, а затем вспомнил, что Арлан вчера ночью притащил в лагерь «добычу». Свояченицу Измаила Таусултанова. Аслан-бек резко поднялся, накинул на плечи бурку и вышел из шатра. То, что предстало его взору, заставило бы любого бывалого абрека схватиться за кинжал… или за голову. Под старой развесистой чинарой сидел Мыщэ (Медведь) - самый огромный горец в отряде. Это был человек-гора, суровый воин, чьё...
