ММММ

В 11 нам открыли. Мы прошли стандартный путь по стерилизации рук до локтей несколько раз. (На самом деле, первые несколько дней чувствуешь себя хирургом, проходя все эти манипуляции на пути к кювезу с твоим малышом). Там, где лежала доченька раньше, её не оказалось. Я запаниковала и решила сначала пойти к врачу. Оказалось, что сегодня нашего врача нет, есть только дежурный. Пришлось разговаривать с ней. Она рассказала, что ребенок находится в крайне тяжёлом состоянии. Предыдущей ночью у неё произошла...

22 декабря 2018 года. Прошла неделя с того момента, как меня выписали. Через день я ездила к дочке, а в те дни, когда не приезжала-звонила, чтобы узнать о состоянии своего ребенка. Кстати, при оформлении документов в реанимации, берут номер телефона мамы или другого родственника, чтобы сообщать об изменениях в здоровье. Мне не звонили ни разу, и я даже негодовала на эту тему, пока однажды не поняла, что отсутствие звонка – это просто замечательно… 22 декабря изменилось многое в моей жизни. И этот день один из тех, который не хочется повторить...

Начались самые долгие и тяжелые дни. Моя дочь продолжала находиться в реанимации, а я уехала домой, в другой город. Да, дорога от меня до дочки занимала всего час, но я могла приезжать только через день… И то только на утреннее «свидание». Те дни, мне казалось, длились вечность. Вся родня готовилась к похоронам ребенка. И, спустя два года, могу сказать что это было самым тяжелым. Не были так тяжелы диагнозы, борьба за жизнь и всё остальное, как просто сидеть и смотреть, как твои родители делают генеральную уборку в дома потому что «мало ли что, мы должны быть готовы»...

12 декабря 2018. Прошло 2 дня после рождения дочки. Меня наконец-то перевели из реанимации в обычную послеродовую палату. Сначала я лежала одна, но спустя пол дня ко мне положили ещё одну девочку... С ребенком... Какого это? Тяжело! Очень! Тяжело видеть как мама может просто взять и обнять своего ребенка. Легко взять на руки. Покормить. Тяжело, потому что твоя малышка в этот момент через три этажа над тобой борется за жизнь. А ты, как мама, в этот момент не можешь сделать ничего. Просто лежишь и ждёшь...

Она (врач) затараторила на своем «врачебном». Я лишь успевала ловить «состояние тяжелое», «врожденная пневмония», «с экстремально низкой массой тела», «на парентеральном вскармливании». Я молча стояла и кивала. Половину слов упорно прокручивая в голове, чтобы не забыть и «погуглить». Потом меня повели подписывать разрешения на различные манипуляции. В документах меня задело только то, что везде писали «девочка». Я спросила, когда можно будет сделать документы. И все в кабинете резко замолчали. На три секунды замер весь мир...