ЗАГАДОЧНАЯ ЛЕДИ
Мы переезжаем к вам, это не обсуждается! — объявила родня мужа, но на следующий день я просто сменила замки
— Значит, так, — голос Галины Петровны в трубке звучал так, будто она уже стояла в прихожей. — Мы с Алиной завтра приезжаем. Билеты взяли. Всё. Денис держал телефон у уха и молчал. Кира сидела за ноутбуком в соседней комнате и слышала каждое слово — мать говорила громко, не заботясь об этом...
Мы пришли за своей долей! — Бывшая жена мужа вместе с его матерью ворвались в мой загородный дом, но они сильно просчитались
— Невестка! Открывай, нечего прятаться! Голос за дверью был такой, что у соседских собак, наверное, уши заложило. Антонина Петровна умела стучать — не в смысле аккуратно постучать костяшками, а именно колотить, как будто за ней гонятся...
Ты обязана содержать моих родителей! — Хитрый муж втайне переводил мою зарплату своей матери, но он не знал многое
Галина Степановна умела появляться в нужный момент. Не заходила — вплывала. С таким видом, будто делала всем одолжение самим фактом своего присутствия. В тот вечер она сидела во главе стола — хотя квартира...
Родня мужа собралась на секретный разговор в гостиной, забыв, что я нахожусь в соседней комнате
— Ну она же у тебя мямля, Дениска! Честно тебе говорю, по-матерински. Сидит целыми днями за компьютером, мышкует что-то своё, а толку с этого — кот наплакал. Это не работа, это баловство! Голос свекрови пробивался сквозь деревянную дверь спальни так отчётливо, словно та стояла прямо у кровати...
Собирай вещи, ты нам больше не нужна! — Свекровь решила выселить меня ради беременной любовницы мужа, но она забыла один фактор
— Ну и где она ходит? — голос Антонины Петровны разносился по всей квартире так, будто женщина специально не замечала акустику. — Денис, ты вообще следишь за своей женой? Ходит неизвестно где, а дома — хоть шаром покати! Денис сидел на диване и листал телефон...
Оставь ребенка и убирайся! — Свекровь и муж хотели отобрать у меня сына после развода, но они забыли про компромат, который я собирала
— Знаешь, что ты такое? — голос Маргариты Романовны был таким, каким она, наверное, никогда не разговаривала со своими богатенькими родителями-спонсорами. Низкий, почти шипящий. — Ты — никто. Пустое место...

