Татьяна Иванова

Через месяц Борис пришёл домой очень пьяным. Верочка спала, Шурка готовила обед на завтра. — Мне сказали — ты тут без меня очень интересно время проводила? У тебя, подсказали, была сладкая жизнь, — ещё в дверях с ухмылкой говорил муж. — Говорят, устроилась штурманом на трассах? Ну и как тебе такая работка? Скулишь, что денег нет. У тебя же такой опыт. Давай, предлагай свои услуги, кредиты погасишь. Борис это говорил, медленно вышагивая расстояние от порога к Шурке; она отступила. От его взгляда, наполненного ненавистью и презрением, стало страшно...

Тётка жила безбедно. В квартире сделан евроремонт, мебель новая, в шкафу хрустальная посуда, телевизор с широким экраном. Одежда высокого качества, модная. На лице тётки Шурка заметила следы косметики, натруженные руки с толстыми венами удивили маникюром. Шуркина просьба насторожила тётю Люду, было понятно — она колеблется, но понимает, что отказ даст ещё большую трещину в отношениях между ними. — Деньги все у мужа. Он и бухгалтер, и кассир. Но есть у меня заначка, — она вышла в соседнюю комнату, вернулась, держа в руке деньги...

Человек без физического и умственного труда, который не знает, чем заняться, как правило, часто заглядывает на кухню в холодильник. У здорового мужчины с хорошими мускулами, немалым весом не было проблем с аппетитом, и в первый раз Шурка позволила себе не заплатить за кредит, всю зарплату потратила на продукты. Она надеялась — у Бориса появится какой-то заработок, в следующем месяце рассчитается за два. К Верочке Борис относился холодно, как и она к нему. Куда больше было взаимопонимания между дочерью и Игорем...