Без фильтров

Одной из важнейших точек соприкосновения выступает общность предмета нормативной оценки. И мораль, и уголовное право, и этика, хотя и на разных уровнях, обращены к человеческому поведению. Все три регулятора так или иначе отвечают на вопрос о границах дозволенного. Однако если мораль оценивает поступок с точки зрения общественного представления о добре, долге, справедливости и совести, а этика стремится выяснить, почему те или иные действия признаются нравственно допустимыми либо недопустимыми, то уголовное право выделяет из общего массива человеческих поступков те деяния, которые признаются настолько...

Уголовное право занимает особое место в системе правового регулирования, поскольку именно оно определяет пределы наиболее опасного для личности, общества и государства поведения и устанавливает меры государственного принуждения за нарушение соответствующих запретов. В отличие от морали, которая действует через внутреннее убеждение, общественное мнение и нравственную оценку, уголовное право существует как совокупность официально установленных норм, обладающих общеобязательной силой. Его специфика заключается в том, что оно не может строиться на предположениях, нравственных ожиданиях или произвольных оценках: всякое уголовно-правовое предписание должно быть прямо закреплено в законе...

— Ромочка, мне не нравится твой тон, — тихо сказала Марина, откладывая нож. — Что опять случилось? — Мама звонила, — вздохнул муж. — Говорит, хочет приехать завтра. С Олей. — С дочкой твоей сестры? — уточнила Марина. — Ну да. Марина удивилась. Обычно свекровь приезжала только по праздникам. Да и то — ненадолго, с кривыми улыбками и долгими нравоучениями. — Может, лучше на выходных? Я завтра допоздна, у нас отчёт, — попробовала возразить Марина. — Мама сказала, что это срочно. Марина пожала плечами...

Марина стояла у зеркала в салоне красоты и задумчиво смотрела на своё отражение. Лицо усталое, но ухоженное — следствие постоянных смен, утренних клиентов и бесконечных свадебных причёсок. Она работала мастером по прическам уже больше пятнадцати лет, и за это время видела всякое: невест, теряющих сознание от волнения, родственниц, спорящих из-за букета, женихов, забывших кольца. Но теперь всё это казалось мелочью — по сравнению с тем, что происходило в её собственной жизни. — Ты сегодня какая-то сама не своя, — заметила напарница Света, прикалывая шпильку клиентке...

Когда квартиру Артёма и Кати залили соседи сверху, они даже не сразу поняли масштаб бедствия. Вода текла с потолка прямо на кровать, капала с люстры, пропитывала обои. Через полчаса в квартире стоял запах сырости, а через час техника начала искрить. — Всё, это катастрофа, — устало сказала Катя, глядя на лужу под столом. — Придётся переезжать. — Куда? — мрачно спросил Артём. — Мама примет нас на пару недель. Только... будь к ней терпеливей, ладно? Катя кивнула. Она знала, что у Ларисы Николаевны характер тяжёлый: прямолинейный, подозрительный, с привычкой вмешиваться в жизнь сына...