Во власти луны

Я умираю. Боль прошла. Сладостный, долгожданный покой и умиротворение. Ровное, размеренное жужжание всюду: внутри и где-то снаружи. Холодно. Очень холодно. Сквозь металлический шелест проявляется новый звук: " Пик...Пик...Пик...П-и-и-и..." Бригада врачей готовит раненого к операции... Тело бойца распластано на столе, словно медицинский манекен. Разрывная снайперская пуля повредила множество внутренних органов и раздробила позвоночник. - Контакт с пациентом потерян. Не чувствую пульса... Люди в белых халатах склоняют головы...

- Командир, засада! - Сокол. Я Князь. Приём.- Рация шипела и бунтовала. - Князь, это Сокол. - Сокол, внимaние. Слева от тебя, в ста метрaх противник. Oтойди к моему флaнгу. Прикроем отход. Прием. - Князь, дублирую. Противник слева от меня. Понял. Выполняю. Приём. Помехи на частоте. Но старший лейтенант Павел Князев уже знал, что его услышали. Теперь, как карта ляжет. - Батыр, разворот к противнику! - крикнул лейтенант. -Тыныс*, командир, - хладнокровно ответил Батыр. - Цель. Ориентир подстанция...

Очнулась Любаша от яркого потока, льющегося из узкого просвета между тяжелыми портьерами. Вся левая сторона тела затекла. После попытки повернуться на другой бок, миллионы колючих игл вонзились в руку и бедро. Сощурившись от солнечных лучей ,она приподняла голову. Пульсация в висках усилилась . Присев на постели, девушка обнаружила, что всё ещё находится в свадебном наряде. Осторожно, стараясь не повредить вышивку, он сняла изрядно помятое платье и повесила его на спинку кровати. В доме стояла тишина...

Рубиновое соло сентябрьского заката мягко завершалось бархатистой нотой густых сумерек, когда черный автомобиль остановился у двухэтажного загородного коттеджа. В салоне машины сидели две женщины . Та, что была за рулем, заглушив мотор и опустив боковое стекло, расслабленно вдыхала осенний воздух, насыщенный ароматами сырой древесной коры и влажного мха... Вторая спала на заднем сидении... Любе снилось, что она мчится по узкому длинному коридору. Шелестящий звук от взмаха огромных крыльев повергал в смятение и ужас...

Плаксивость и тоска постепенно сломили волю. Внешний мир померк, утонул в мираже искусственного сна. Шёл четвёртый день её самоизоляции. Накатившая депрессия кровожадной пиявкой выкачивала остатки энергии. Хотелось орать в голос от неприятия собственной личности... Последний кастинг разочаровал Любашу, и все завышенные ожидания построить карьеру киноактрисы провалились . Потерпев фиаско на вступительных экзаменах , она в горячке носилась по частным студиям, участвуя в просмотрах, пробах, прослушиваниях...

- С Вами всё в порядке? - обратилась Инна Александровна к седовласому мужчине, задремавшему на скамье в тени раскидистой плакучей ивы. Обычно она не имела привычки приставать к людям, но уж больно неестественной показалась поза незнакомца. По аллеям парка между тем прогуливались редкие прохожие, и любому из них не было дела до других. Инна Александровна замешкалась, но мужчина открыл глаза. -Вы ко мне обращаетесь? -Да. - Всё хорошо...Просто, знаете ли, картинки прошлого не из самых приятных... - Ну хорошо, что Вы здоровы, а то уж я подумала...

Сквозь незамерзающие стекла мерцали огни ночного города. На маленькой уютной кухне за столом сидели трое. Четвёртая, подобрав под себя ноги, расположилась в тени на велюровом диванчике, откинувшись в уголок. В полудремоте она слушала однокурсников , воодушевлённо рассуждающих о сессии, зачетах и превратностях студенческой судьбы. Подвесная одноламповая люстра мягко высвечивала разгоряченные лица собеседников. Бунтовал электрочайник. На столе - нарезанная докторская колбаса, несколько пакетов с чипсами, батон, майонез , бутылки с пивом...

Одной из древнейших национальных валют, уступающей лишь британскому фунту, является Российский рубль! По самым скромным подсчетам, рублю как минимум 700 лет. Менялась история России: границы, правители, столицы. И только рубль остался рублем. Были периоды взлётов, когда русские деньги становились мировой валютой, а опыт российских финансистов когда-то перенимался европейцами. Золотые монеты имели свободное хождение наравне с бумажными кредитными билетами. Параллельное хождение золотых и бумажных денег отличалось стабильностью...

Было мокро и неуютно. Большие капли, собравшиеся на ветвях, выпукло поблескивали в свете холодного рассвета. Темный лес приподнялся над округой, завис в бесшумном полете, нарушив законы гравитации. Жека тоже парил в полусне-полуяви. Рана нестерпимо ныла. Влажная повязка набухла, и он не знал, чем ещё перебинтовать ногу. Ему разорвало бедро, и осколок всё ещё торчал из-под повязки, причиняя острую боль. Горячий жар в районе груди то затихал, то растекался вновь. Хотелось уснуть и больше не просыпаться...

Человек стоял на берегу и смотрел вглубь серой переменчивой массы. Холод... Холод надвигался, скручивая пространство . Душа каменела. Мужчина сосредоточенно думал. Он размышлял о реке, как о предмете мыслящем. Течет - не ведает цели. Если бы Сура знала, что натворила. Оба виновны . Он и Сура . Человек не искал оправдания, он казнил себя. В отличие от него Суру хотя бы ждала Волга, а дальше - Каспийское море. Его удел - одиночество и сеть бессонных ночей. Всего один шаг... И замерев в вечном поцелуе с Сурой , он тоже будет бессмысленно биться о камни...

Тимоха пытался растопить печку,но руки тряслись и конвульсивно вздрагивали. Две недели назад ему исполнилось пятьдесят, и он кутил безостановочно. Его новый дружок по кличке Беломор отчалил утром, отправившись на поиски калыма. Пальцы дрожали, и по этой причине всё время ломались спички. Наконец бумага вспыхнула, и слабые язычки пламени несмело коснулись влажной щепы, будто пробуя её на вкус. Прикрыв дверцу печки, Тимоха подошел к столу. Во рту пересохло. Оглядев кучу грязной посуды, он взял керамический бокал с отбитым краем в поисках хоть какой-нибудь жидкости...

-Schnell in die Waggons einsteigen!*- орал охрипшим голосом фашист, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. В гудящей серой массе женщин , детей и подростков Маша автоматически двигалась вместе с остальными вдоль железнодорожного полотна. Ссутулившись ,она исподлобья посматривала на оцепление из немецких солдат,опасаясь встретиться с кем-то из них взглядом... *** Массовая отправка в Германию из её родной Белоруссии началась весной 1942 года. Людей стали хватать на улицах, на рынках, в других общественных местах...