Хагок

Мысли мечутся в клетке кривых зеркал - Повседневности вялый, тупой оскал. Пресный привкус мещанства, кругом тоска: Серых дней паутина. Переигранность - вяжет. В изломе рук Нет эмоции. Жизни! Один лишь звук... Мелких мыслей засилье царит вокруг - Неизменна картина. Одиночка. Свихнувшийся - ну чудак: Смотрит в зеркало жизни. Творит бардак. Не иначе от скуки потек чердак: Пожелал быть героем. Рвет зубами спокойствия пелену...

Прославленный Мастер снова заварит чай - Сок ягод лучится медом, теплом и светом. Хозяин не в силах больше уже встречать Холодное утро с первым лучом рассвета В походе с друзьями, туго набив рюкзак, На жесткой перине мха и лесного дерна. Ему не придется больше сжимать в руках Тяжелую сталь когтей. Остаются окна: С извечным пейзажем благости вековой, Идущей вразрез с походной привычкой Фолко. Не явятся больше, словно к себе домой, Два стареньких гнома с целью свершить попойку...

Алый зверь пасть разинул, почувствовав кровь. Не помогут заклятья, бессильна и соль... Добрый старый монах, нам постель приготовь. В опадающем пепле, похожем на снег, Танец бабочек ярок - в нем слышится смех. Образ каждой из них льдом укроет навек - Не считайте от пламени черных прорех...

Непонятно, сколько минуло лет, Бесконечно долгих, холодных зим. Потускневший, в холле висит портрет - Обреченной памяти натрезим. Улетают в небо простывших луж К берегам приветливым облака. Выцветают временем краски. Тушь Остается верной себе пока. В побледневшем мареве прошлых лет Одинокий остов хранит в себе Отголоски прошлых моих побед, Позабыть которые тщусь в мольбе...

Обшарпанный потолок, Убогость казенных нар. Обрывочный монолог. Привычный стационар. Хромых и увечных мир Безволен и недвижим. Подарочный сувенир. Пьянящие миражи. Гнетущая тишина, Безликость щербатых стен. Надломлена пелена - Черничным мечтам взамен. С рассветом придут они - И снова начнут ваять: Потянут из западни, Желая спасать. Спасать! Сгребая, сшивая вновь, Тащить на поганый свет! Закачивая любовь В последний души октет...