Философия в Луганске

АСТ и Луганск 2014 года: новый подход к поэме «Новороссия гроз» На портале «Топос» опубликована новая критическая статья о поэме «Новороссия гроз. Новороссия грёз». Она написана с позиций военной антропологии, то есть исследует, какие люди и что конкретно делают в военном городе, как военные, так и мирные жители. Первый подход к применению акторно-сетевой теории Бруно Латура в моем исполнении. Для примера взят город Луганск времен осады 2014 года. «Городские практики трансформировались в военном Луганске 2014 года. Парни “надели кресты нательные и военные медальоны, нашивки с группой крови на рукаве и солдатские шевроны. Романтики и циники, пай-мальчики и гопники стали солдатами на неожиданной этой войне”. Главная героиня – гражданское лицо в осажденном городе. Быт военного города складывается из следующих практик: девушка ночью бредет по пустому городу с фонариком и ножом, в многоэтажном доме живет только она и сосед, который кормит брошенных кошек и собак, окна они заклеивают крест-накрест скотчем, ночью героиня выходит на балкон, глядит в сторону Камброда (старшейший район Луганска, частный сектор), пьет черный чай из кружки, молится, ставит ветку вербочки в гильзу от ПТРа. Героиня так резюмирует свое времяпрепровождение: «Раздобыть воды, раздобыть еды – вот и все мои на день труды. Нечего есть, и холод собачий. Я вытряхиваю последние деньги из заначки и выхожу на улицу чуть не плача. Я говорю себе: мы победим. Я говорю себе: потерпи. Я говорю себе: день считается удачным, если он наступил». В городе соблюдается комендантский час, курить нельзя из-за светомаскировки, во время обстрела жители спускаются в подвал, в частных домах прячутся в погребе между банок с консервацией, прихватив сухари, воду, сигареты и лопату – откапываться на случай завала; на снегу виден кровавый отпечаток человеческого тела после артобстрела; ополченец угощает сгущенкой из военного пайка; имена погибших печатают на листах А4 и вывешивают у Дома профсоюзов; в подвале ДК Ленина люди прячутся от обстрелов; пожарные тушат под обстрелами по три пожара в день». Читать полностью на «Топосе»: www.topos.ru/...z-0

Топос любви: русская Диотима в литературе и в театре К восьмому марта на портале «Топос» опубликован мой текст о Диотиме-воительнице, учительнице любви, о едином женском образе, который проявляется в творчестве Платона и Лескова. На театральной сцене этот образ воплотила актриса Александра Куликова. «Повесть Николая Лескова «Воительница» была впервые опубликована в журнале «Отечественные записки» в 1866 году. Главная героиня произведения Домна Платоновна живет в Петербурге и занимается посредничеством в самом широком смысле слова – помогает продать, купить, снять жилье, найти работу. Самую главную часть ее посреднической деятельности составляют дела любви – Домна Платоновна работает как сваха, составляя брачные союзы. Кроме того, союзы между людьми, заключенные с помощью Домны Платоновны, являются не только брачными, но и эротическими: она выступает сводницей, находя подходящих любовниц для богатых клиентов. Деятельность Домны Платоновны как посредницы в делах любви, наряду с названием повести «Воительница», отсылает к самому известному произведению античной поэзии, посвященному любви, а именно к поэме Овидия «Наука любви». Именно в этой поэме впервые в античной литературе была подробно развита метафора любви как битвы, любовной службы как службы воинской и тягот любви как неизбежных неудобств военного похода: «Воинской службе подобна любовь. Отойдите, ленивцы! Тем, кто робок и вял, эти знамена невмочь. Бурная ночь, дорожная даль, жестокая мука, Тяготы все, все труды собраны в стане любви». Воительница Домна Платоновна, сводя людей, и сама в конце оказывается побеждена тем же оружием: она безнадежно влюбляется, отдает возлюбленному всё свое состояние, здоровье и саму жизнь, как герои Овидия и бесчисленные влюбленные, начавшие безнадежную битву». Читать полностью на сайте: www.topos.ru/...tre

Диалектика научности Главная ценность новоевропейской науки – критическое мышление. Именно эта ценность спровоцировала множество нападок на церковь в европейской культуре: церковь заставляет подчинять разум авторитету, а наука освобождает разум. Благодаря этому наука в Новое время совершила много открытий и изобретений, двинула вперед прогресс и совершила научно-техническую революцию, полностью изменив нашу жизнь. Однако успехи науки активно подрывают критическое мышление. Пора универсалов прошла. Во всех сферах работают узкие специалисты. Как критически оценить работу узкого специалиста, если это не ваша сфера? В общем-то, никак. У вас нет того опыта и навыков, вы совсем не понимаете, о чем он говорит. Вы сами даже не можете сделать вывод, руководствуясь своим критическим мышлением, что он профессионал в своей сфере. Вы можете сделать этот вывод, руководствуясь другим признаками: у него есть диплом, его уважают в научном сообществе, он публикуется во влиятельных журналах (которые вы не в состоянии читать и критически оценивать), он председатель каких-то комиссий и член каких-то советов. Это вам доступно для оценки, но к сути его научной деятельности это отношения не имеет. Всех этих должностей можно добиться разными способами, и довольно часто ученые, горящие своим делом, равнодушны к дипломам и грамотам, а членство в жюри и комиссиях воспринимают как бессмысленную трату времени. Наука в современном мире позволяет оценивать научные теории и научные персоналии по их авторитету и позиции в поле научного производства, обходясь вообще без критики научных теорий. Другими словами, распространение науки чем дальше, тем больше воспитывает то самое поклонение авторитетам, с бунта против которого наука начинала. Диалектика как она есть. И еще одно замечание: оценить количество грамот и рейтинг публикаций, на вникая в тексты, может и нейросеть. А раз может, то и делает. Это еще одно парадоксальное следствие именно научного стиля мышления. В результате наука превращается в магию, которая неизвестно как работает и не терпит никаких споров.

Плоская онтология Латура: локализировать глобальное и глобализировать локальное Бруно Латур предлагает отказаться от особых социальных феноменов, которые объясняли бы религию, политику, экономику и культуру. Его идея – свести всё происходящее в обществе к одному уровню. Вы говорите, что на данный город повлияла глобализация. Тогда скажите, в чем конкретно это выразилось. Что именно происходит? Где? В какое время и как часто? Кто это делает? Что для этого использует? Откуда он это берет? Как это организовывается, кем и когда? Поезда охватывают весь мир, но ходят только по рельсам. В любом политическом, экономическом, культурном процессе нужно найти эти рельсы – указать, кто действует, как именно и при каких условиях. Так мы локализуем глобальное. Пусть какой-то феномен объявляется локальным. В этом случае нужно искать его глобальные связи. Человек сидит дома и читает любимую книгу. Что может быть локальнее? Не тут-то было. Что это за дом? Кто его построил? Как человек здесь оказался, что он для этого делал и когда? Что за книгу он читает, кто ее написал, каким образом она попала ему в руки? Кто ее публиковал или переводил, доставил именно в этот город? Как человек узнал об этой книге, почему ее выбрал? Это не происходит само собой. Какие рельсы донесли сведения об этой книге до читателя? Это был книжный обзор на ютубе? О, мы все сейчас отлично знаем, сколько нужно действий, законов, процессов, комитетов Госдумы, депутатов, чиновников из Роскомнадзора, чтобы работал или не работал ютуб. Какая уж тут локальность? В руках у этого одинокого читателя – узел пересечения масштабных сетей, охватывающих без преувеличения весь мир. Это глобализация локального. Идея Латура заключается в том, что в двух противоположных случаях эта методика выводит нас на один уровень процессов и явлений. В обоих случаях ответы получаются качественно одинаковые. Это и есть плоская онтология акторно-сетевой теории. 

Парадокс богатства на Западе Гвидо Альфани в книге «История богатства на Западе. Как боги среди людей» описывает противоречия в оценке поведения богачей (на Западе, во всяком случае, начиная с католической Европы). Известно, что бедный человек тратит весь свой заработок и не может ничего отложить, а часто и влезает в долги. Чем богаче человек, тем большую часть дохода он может отложить и не тратить. Богатые могут откладывать 20% своего дохода по самым осторожным оценкам, а чаще и гораздо больше. Эти деньги не просто откладываются, а часто и вкладываются в промышленность, недвижимость и финансы. Это приводит к тому, что богатство концентрируется и передается по наследству. Наследник получает имущество, обеспечивающее высокий уровень жизни, и может не делать ничего, как Берти Вустер. Очень редко, в исключительных обстоятельствах и в исключительных ситуациях работающий человек может заработать столько же, сколько можно получить по наследству. В современных западных обществах наследство уже стало таким же важным фактором формирования богатства, как до Первой мировой войны. Это блокирует инновации и развитие, как следствие вызывает социальную напряженность, недоверие к политическим институтам, которые не могут обеспечить всем равный или хоть немного более справедливый доступ к ресурсам и общественному богатству. Во всяком случае, так это видится некоторым в Европе и США. И тут возникает парадокс. Для общества было бы лучше, если бы богачи больше тратили на предметы роскоши и искусства, меценатство, постройки, стипендии одаренным, то есть вели себя как Лоренцо Великолепный, а не сберегали свое имущество для потомков и тем более не вкладывали его в финансовые операции или промышленное производство, чтобы капитал приносил доход их наследникам безо всяких усилий. Тогда часть их богатства переходила бы в руки других членов общества, а не оставалась наследникам. Но именно демонстративные траты богачей на предметы роскоши вызывают постоянную ярость и озлобление в обществе. Если этот парадокс и можно как-то решить, то это дело будущего.

«Разделение» и чтение В сериале «Разделение» сюжет строится вокруг того, что люди, работающие в офисе крупной компании, в целях секретности проходят специальную операцию – разделение. Память о том, что происходит в офисе, остается в офисе, а память о жизни вне работы не проникает в офис. В результате возникает две личности – одна живет снаружи, другая – постоянно на работе. Очень хорошо представлена идея, что человек – это память. Что не сохранено в памяти, то не влияет на формирование личности. Взаимодействие двух людей в каждом из сотрудников делает историю динамичной и интересной. Два гения витают над этим сериалом: Кафка и Борхес. Кафка отвечает за бессмысленность бюрократии – никто из отдела обработки макроданных не знает, чем он занимается на работе. Они просто передвигают цифры по экрану. Сотрудников кормят на работе, а одевают дома, из офиса они никуда не выходят, поэтому замотивировать их стараются только тем, что есть в офисе: чашка с твоим лицом, яичная вечеринка, двадцать минут танцев на работе, новый вид мармелада. Выглядит это очень по-кафкиански, кошмарно, потому что бессмысленно. Как у кафкианских бюрократических кошмаров, тут есть и религиозная составляющая: компания строится на обожествлении ее основателей и руководителей. Это и страшно, и странно, и очень жизненно. Второй гений этого места, Борхес, великий библиотекарь, придумал Вавилонскую библиотеку, наполненную книгами на таинственных языках, обитатели разных отделов которой отличаются друг от друга как разные племена. Борхесовские миры замечательно описывают второй сезон, когда герои выходят за границы отдела обработки макроданных и встречаются с отделом вскармливания млекопитающих. Страшный эксперимент с Джеммой (смысл которого остался непонятен) сводится к тому, что ей создают двадцать пять разных личностей, в каждой комнате ее ждет свой сюжет, и выйдя из комнаты, она его полностью оставляет за дверью и не помнит, что там делала. Это в некотором роде модель чтения: читая книгу, читатель отождествляет себя с персонажем и включается в сюжет; персонажи разных книг не знают друг о друге, сюжеты не пересекаются; закрыв книгу, читатель покидает сюжет, как Джемма комнату. Читатель может войти в любую книгу, в одной будет Рождество, в другой – погоня, в третьей – любовь. Правда, у читателя книги остается память о прочитанном, и опыт, усвоенный в книге, он может забрать с собой в другие книги и сюжеты. На разделенном этаже такое невозможно. Как решатся поставленные перед героями задачи, смогут ли люди в офисе сохранить свое фрагментарное существование, у меня идей нет. Ждем третий сезон. 

Социологи и ученые: конфликт интерпретаций В книге «Пересборка социального» Бруно Латур пишет о том, как социология столкнулись с учеными в попытке создать социологию науки. До этого легко создавалась социология религии, искусства, крестьянства, монархии и других групп по одному стандарту: идущие в этих сферах процессы объявлялись следствием социальных отношений. Например, религия, согласно Дюркгейму, есть обожествление общества, и за любыми религиозными обрядами, идеями, божествами стоят какие-то общественные отношения, которые не видны самим верующим, а социолог их находит, проясняет и изучает. Если верующие протестуют и утверждают, что это не так и их религия не сводится к социальному, тем хуже для верующих: социологи легко объясняют это как признак отсталости, незрелости и ненаучности мышления. Вся социология до сих пор работала со своим объектом сверху вниз. Изучая ученых – физиков, химиков, механиков, биологов – социологи впервые столкнулись с объектом, на который могут смотреть только снизу вверх. Научность, объективность, точность, расширение научных горизонтов – это всё ценности, практикуемые учеными, и практикуемые отлично. Успехи атомной физики неоспоримы, и успехи самой социологии на ее фоне смотрятся бледновато. Уже невозможно заявить, что возражения физиков против социологических интерпретаций вызваны тем, что физики не знают, что такое научный подход и критическое мышление. Благодаря социологии науки во второй половине ХХ века социологи больше не могут игнорировать возражения объекта исследования. И эта ситуация, по Латуру, высвечивает проблему, которая мешает социологии развиваться. Социологические объяснения всегда вызывали такие же возражения, то есть скорее всего были несостоятельны, и теперь социологи хотя бы могут рассмотреть такую возможность. Латур считает, что причина этой ошибки – активное желание социологов участвовать в модернизации общества, в просвещении непросвещенных, в формировании демократии, республики, политической многопартийной системы и прочих замечательных вещей, которым сопротивляются темные, непросвещенные, неполитизированные, религиозные люди. Впервые слова «социология» и «социальные науки» встречаются в известном памфлете «Что такое третье сословие?» Сийеса. Понятно, что в разгар Французской революции конкретно этот человек занимался политикой, а не наукой – как и вся социология после него. Назвать кого-то непросвещенным и лишить слова в политической дискуссии представлялось гораздо важней, чем понять, кто перед тобой на самом деле, как он живет, мыслит и сосуществует с другими. Сам Латур в своей книге предлагает новую социологию, которая четко разделяет две задачи – изучать и политически просвещать. 

Христианская эротическая мистика в жизни и в кино В издании «Литературные памятники» в 2019 году опубликована женская религиозная проза XIII-XIV вв. Это жития, послания, откровения и письма доминиканок и бегинок Южной Германии, Брабанта и Австрии. Впервые переведены на русский и опубликованы произведения Элизабет Штагель, Кристины и Маргарет Эбнер, Адейльхайд Лангманн, Кристины Штоммельнской и Агнес Бланнбекин. В издании есть замечательная пояснительная статья Михаила Реутина о женской немецкой мистике, из которой читатель узнает, что он читает. Читает он хроники болезни и перформативный отчет о создании своего образа. Во всех этих житиях и откровениях описываются видения, аудиции (слуховые явления), пророчества, чудесные исцеления либо тех женщин, которые написали эти книги, либо тех женщин, с которыми писательницы работали как собиратели материала и редакторы. Так, Элизабет Штагель написала «Житие сестер обители Тёсс», где описана жизнь нескольких десятков монахинь. Немалое место в этих историях занимает личное общение героинь с Иисусом, Богоматерью, апостолом Иоанном и другими святыми. В ходе этого общения монахини слышат, видят, осязают, падают без чувств, исцеляют, кровоточат и получают небесную благодать непосредственно от Иисуса в виде невероятной сладости и непередаваемого блаженства, исторгающего их из себя на несколько часов. Реутин показывает, как постепенно в течение ста лет история болезни превращается в самоагиографию, как женщины разыгрывают в своей жизни свой образ святой, ежедневно и ежечасно. К женскому богословию в те времена относились настороженно. Элизабет Штагель и Кристиан Штоммельнская были просто замученными психическим расстройством женщинами, пока не познакомились с Генрихом Сузо и Петром Дакийским соответственно. Теологически подкованные мужчины объяснили им, что с ними происходит и какой сюжет разворачивается в их жизни. После этого жизнь каждой кардинально меняется, в событиях появляется смысл, они становятся блаженными и святыми, создавая собственное житие в ежедневном перформансе. Реутин выделяет три сюжета, организующие опыт монахинь: страстный, свадебный, богородичный. Страстный означает повторение страстей Христа, самоистязания и стигматы. В ходе свадебного сюжета разыгрывается любовная история с Иисусом вплоть до бракосочетания. В ходе богородичного женщина рожает Иисуса-младенца, вплоть до ложной беременности. По этому поводу можно сделать два замечания. Во-первых, христианская сексуальная мистика в сериале «Миссис Дэвис» имеет под собой реальную основу. Во-вторых, это очень похоже на шаманскую болезнь, в ходе которой дух добивается от женщины согласия стать его женой. Пока остановлюсь на этом.

Социальный конструкт: фантазия или реальность? Бруно Латур в книге «Пересборка социального: введение в акторно-сетевую теорию» (еще одна плоская онтология, помимо хармановской) отмечает тот момент, который и меня всегда поражал. Многие люди считают сконструированное синонимом ненастоящего, а социальный конструктивизм – учением о том, что всё социально субъективно, не имеет опоры в реальности и является попросту фантазией. Инвективы Дугина против ООО и постмодерна можно, по-моему, только так объяснить. Спустившись с академических высот, мы встретим эту идею буквально везде. Украинцы много лет пытаются доказать, что русские – это на самом деле финно-угры, русских как нации не существует, потому что еще Карамзин двести лет назад писал «россияне», и прочее в том же духе. Их зеркалят наши патриоты, которые с тем же упорством и отсутствием результата доказывают в холиварах, что украинцев не существует, потому что украинскую нацию придумали австрийцы. Бруно Латур (и я вместе с ним) поражается тому, что здесь можно усмотреть причинно-следственную связь. Небоскребы и автомобили придумали и сконструировали конкретные люди, но это не значит, что небоскребов и автомобилей не существует. Наоборот, небоскребы и автомобили существуют объективно и прекрасно работают. Украинскую нацию придумали и сконструировали австрийцы, это правда, из этого есть много следствий, но это совершенно точно не значит, что украинцев не существует. Хорошо сконструировали, всё работает. Противопоставление врожденного настоящего и сделанного фиктивного можно проследить через романтиков и Гердера до самого Платона, который склонялся к тому, что у кровати и чаши идеи всё-таки нет – это же придуманные и сконструированные вещи. Кроватности и чашности нет места среди вечных идей. Среди вечных идей, может, места и нет, а в нашей быстротекущей жизни кровати и чаши существуют, и мы даже до сих пор ими пользуемся. Платона этот аспект мало интересовал, для него идеи были единственной реальностью. За прошедшие две тысячи лет мы уже столько раз развенчивали Платона, ставили его с головы на ноги и обратно, заменяли платонизм диалектическим материализмом, теорией прогресса и чем угодно, но не смогли избавиться от его мысли, что только природные идеальные формы существуют по-настоящему, а всё придуманное существует так плохо, что и не существует вовсе. Основная идея плоской онтологии – всё существует одинаково, украинская ли это нация, придуманная австрийцами, автомобиль, сконструированный Карлом Бенцем, звезды в далеких галактиках, Александр Пушкин или его роман «Евгений Онегин». Стоит наконец уже, как Ницше говорил, избавиться от платонизма, и по крайней мере не тратить время на бессмысленные споры. А возможно, сконструировать что-то свое, работающее и интересное. 

Культуролог Нина Ищенко: «Ничего не бойся. Ты справишься» В Международный женский день о войне, любви, книгах, философии в интервью ЛуганскИнформЦентру рассказывает культуролог, доцент кафедры философии, истории и педагогики Луганского государственного аграрного университета, кандидат философских наук, литературный критик Нина Ищенко. О ЛИЧНОМ, НО НЕ ВСЛУХ — Международный женский день мы празднуем весной, а весна всегда была временем надежды. Что сегодня наполняет для вас это понятие — надежда? Откуда черпаете силы? — Мой рецепт — христианство и стоицизм. Христиане знают, что спокойной мирной жизни нам никто не обещал, а в конце времен мы вообще ожидаем Апокалипсис. Если ситуация отличается от апокалиптической хоть по каким-то параметрам, это уже хорошо. Мой любимый философ-стоик Сенека писал, что там, где ты ничего не можешь, ты не должен ничего хотеть. Это правило работает во всех случаях жизни. Проанализируй угрозы, если что-то можешь сделать — сделай, если не можешь — не переживай. Этот подход позволяет не быть затянутым в воронку мониторинга плохих новостей, рассчитывать свои силы и плодотворно использовать время, даже если окажется, что его немного. Читать дальше на сайте: lug-info.ru/...sja

Разочарования зимы Индра Леви, «Сирены западного побережья. «Роковая женщина западного типа» в японской литературе» (2025). Крайне бестолково написанная книга. Без начала и конца. Отдельные эпизоды, может быть, и интересны (мне не попались, но я и одолела не всё), но связи между ними нет. Часть вторая, три главы, посвящена Таяме Катаю. При том, что я сейчас читаю его мемуары «Тридцать лет в Токио», то есть являюсь заинтересованным читателем, сквозь этот рассыпающийся текст я пробиться не смогла. Непонятно, какие проблемы ставил и решал писатель, какие ставит и решает Индра Леви, почему и как эпизоды следуют друг за другом. Книга о литературе, а последняя глава – об актрисе. В заключение обычно подводятся итоги всей книги, а здесь – только последней главы. Одним словом, сумбур и хаос. Структуры нет. Очень утомительное чтение. Никому не рекомендую. Вальтер Зеннхаузер, «Платон и математика» (2016). Такая тема, а читать скучно. Много цитат из Платона, из классиков математики XIX-XX веков, а также из Маркса и Энгельса. Это настолько странно, что я несколько раз проверяла, правильно ли я помню год издания. Маркс и Энгельс – это такие специалисты по математике, что их можно сравнить с Дедекиндом и Фреге? Основная проблема недооценки Платона как математика в современной культуре заключается в специализации: математики не учат греческий, не читают Платона, не знают его открытий. Описан кризис математики в ХХ веке, и это хорошо. Решение же предлагается не в духе Платона и его объективных идей, а в духе релятивизма: раз хорошего решения математических проблем не существует, почему бы не использовать платоновское? Всё равно ведь никто ничего не понимает толком. Ну такое. Алексей Малинов, «Этнософия Алтая. Очерки современной мифологии национального сознания» (2026). Монография о современной алтайской философии опубликована Центром цивилизационного анализа и глобальной истории. Начинается она почему-то с биографии российского африканиста Владимира Арсеньева (1948-2010). Какова его связь с Алтаем, читатель должен догадываться сам. В конце концов удается понять, что этнософия Арсеньева, опирающаяся на Парменида, Николая Кузанского, Якова Бёме и Александра Герцена (Гомер, Мильтон и Паниковский), применяется в книге для описания философии (этнософии) современного Алтая. Это стоило написать в первом абзаце, чтобы читатель знал, что он читает. По сути темы становится ясно, что процесс конструирования национального самосознания на Алтае идет полным ходом, и опирается он на традиционализм, ориентализм, органицизм, критику потребительского запада и живые народные корни, как и повсюду от Руссо до Дугина. Только здесь не христианство кладут в основу, а тэнгрианство, шаманизм и русский космизм, с чем я всех и поздравляю. Носителем этого самосознания является, как и везде, местная интеллигенция. Как мне удалость понять, носителем этого самосознания является и автор книги. Для него евразийская Эллада и археософия Алтая – не предмет анализа и критики, а формы собственного мышления. Увы нам. 

Компрометация персонажа у Достоевского: возможности использования в платоновской философии В сборнике «Универсум платоновской мысли» за 2025 год опубликован мой доклад о связи творчества Достоевского и Платона. Доклад посвящен возможности применения изученных в литературоведении способов формирования авторитетности высказывании или их компрометации, использованных Достоевским, писателем, творившим на стыке жанров, включавшем философские диалоги в более сложные художественные произведения. Достоевский затрагивает те же темы, которые интересуют Платона (герой, переступающий границы, самоубийство, идеальное общество, красота и благо), и реализует их в художественном мире своих романов. Описывая реалистических персонажей в реальном мире, Достоевский на самом деле создает альтернативные художественные миры, где действуют иные законы и протекают иные процессы. Истина в этом мире отличается от истины в нашем мире, а изучение этих отличий позволяет понять точку зрения автора. Такие способы как характеристика героя, ситуации, реакции слушателей, рассмотренные в контексте художественного мира в целом, позволяют понять, какие высказывания автор компрометирует, что актуально для изучения платоновской философии, созданной в ненаучном по современным критериям жанре. Ищенко, Н. С. Компрометация персонажа у Достоевского: возможности использования в платоновской философии / Н. С. Ищенко // XXXIII научная конференция «Универсум Платоновской мысли: Платонизм и литературные формы философии». Тезисы докладов и статьи. Санкт-Петербург, 19–20 июня 2025 г. – СПб.: МОО «Платоновское философское общество»; Изд-во РХГА, 2025. – С. 275-278. Читать полностью на сайте: ninaofterdingen.ru/...вск