Задумчивый танкист

Где-то 12 или 14 мая 1944 года я возвратился в свою часть – в Кавголово. Здесь все было без изменений, я продолжил исполнять свои обязанности. Боевая учеба и вся армейская жизнь протекала в том же ключе. Мы готовили сержантов для фронта. Первую большую партию сержантов мы подготовили и отправили на фронт в 8-ю Армию в г. Ригу и в 21 Армию в г. Выборг. Команду в Выборг возглавлял я и Барабанов. Мы передали ее в Выборге 20 января 1945 года. Затем вновь укомплектовали новичками нашу часть и опять стали готовить сержантов. С этим потоком получилось значительно труднее. Людей дали с освобожденных от оккупации территорий, много из заключений (отбывших сроки)...

А вот дневниковая запись за 1 января победоносного 1945 года: «Грянул Гимн Советского Союза!» ( Вся компания в сборе, столики в нашей землянке накрыты). Встаю. Перед всей компанией произношу краткую новогоднюю речь и первый тост провозглашаю за наш народ, за наших боевых подруг, за нашего Сталина! Да здравствует новый 1945 год. Летят в воздух стопки. Так начался новый 1945 год – Ленинград – Токсово – Кавголово. Пили, танцевали, плясали, рассказывали. И так прокрутились до 6.00 утра. В 6.00 легли спать. Проснулись в 12.00 дня. Прямо в постель принесли 3 письма поздравительных. Одно от Аси в хорошем конвертике...

Этим летом 250 бригада была расформирована: некоторые подразделения вошли в состав 98 дивизии, некоторые – в состав 123 стрелковой дивизии. Я мог уйти в свой 3-й батальон, но в это время получил назначение в другую часть. Эта другая часть – отдельная фронтовая рота химзащиты Ленинградского фронта. Часть только формировалась. Дислоцировалась в Кавголово – в 25 км от Ленинграда, в красивой живописной местности «Русской Швейцарии». Я был назначен заместителем командира по строевой части. Командиром был назначен Максимов Николай Федорович. Начали все с нуля. Прежде всего...

Красноборская операция имела не только местное значение. Она имела определенное оперативно-тактическое значение в планах Верховного Главнокомандования. Для нас, рядовых воинов-окопников, эта операция была большой закалкой. Мы многое испытали. Ужасное, тяжелое. Наряду с огневой насыщенностью боя, (тогдашних для нас), окопников, заключалась еще и в том, что местность очень заболоченная. Где ни ступи – всюду вода. Ни окопа, ни землянки не вырыть. А ведь воевали-то мы в январе-феврале – морозы...

С взятием вокзала на правом фланге нашего батальона создались условия для развития наступления в южном и юго-западном направлении, противник укрепился на заранее подготовленных рубежах. Командир батальона Балахонкин был ранен и вышел из строя. Командовать батальоном был назначен командир роты ПТР старший лейтенант Юрасов Петр, его заместителем был назначен я. Юрасов Петр – его я знал еще с Дальнего Востока. В Биробиджане на Сопке при формировании 250 отдельной стрелковой...